пятница, 29 января 2016 г.

Под созвездием «Поэзия серебряного века»


«Поэты серебряного века» - так назывался «круглый стол» в «Мангалочьем дворике Анны Ахматовой», собравший 28 01 16 любителей поэзии этой удивительной,  насыщенной «литературным воздухом»  эпохи – первых трёх десятилетий  прошлого века, унаследовавшей всё лучшее от  «золотого века» литературы  XIX столетия. Это был разгар времени, по остроумному замечанию А. Белого, «когда торжество материализма упразднило на свете материю»: нечего было есть, не во что одеваться, кругом ничего осязаемого, одни идеи и разнообразие стилей и форм самовыражения, среди которых в конечном итоге победил реализм как высшая ступень авторской точности. Ни одного самого  великого и более знакомого читателям, чем другие поэты, как, например, Анну Ахматову или Бориса Пастернака, Сергея Есенина, нельзя полностью представить без знания творчества их современников Иннокентия Анненского, Фёдора Сологуба,  Максимилиана Волошина, Николая Гумилёва, Осипа Мандельштама, Марины Цветаевой,  Игоря Северянина и многих других.
Осип Мандельштам, чей 125-летний юбилей мы отмечаем в эти дни, завещал потомкам:

«Сохрани мою речь навсегда за привкус несчастья и дыма,
За смолу кругового терпенья, за совестный дёготь труда.
Так вода в новгородских колодцах должна быть черна и сладима,
Чтобы в ней к Рождеству отразилась семью плавниками звезда…».
1931


На вечере ташкентский поэт Виктория Осадченко сделала интересный доклад о светлой, взаимно плодотворной, яркой и короткой дружбе Мандельштама с Мариной Цветаевой, и  протяжённой во времени – от знакомства на башне Вячеслава Иванова весной 1911 г. до воронежской ссылки опального поэта и его кончины в пересыльном лагере «Вторая речка» в 1938 г.  - с Анной Ахматовой. Выступление было основано на  адресных стихотворных посвящениях, в которых звучали ещё не канонизированные временем, подлинные освобождённые голоса  Мандельштама, Цветаевой, Ахматовой,  в которых докладчик обнаружила ключевое (цветаевское)  слово: «нежность».


На вечере также прозвучали  дополнившие литературный портрет Мандельштама, которого в «Листках дневника» Ахматова называла  «одним из самых блестящих собеседников»[1], простые, лёгкие и лаконичные «стихи для детей» («Калоша, Муха»), из так называемых «Новых стихов» - посвящение  жене Надежде Яковлевне: «Мы с тобой на кухне посидим». К сожалению, остались незатронутым целый поэтический айсберг -  стихотворный цикл «Армения» (1930), в котором Мандельштам после долгого молчания  снова обрёл  свой голос, зазвучавший совершенно по-новому.  Эти  стихи переведены на армянский язык и навсегда вошли в скрижали  классической русской поэзии, посвящённой Армении.  Для знакомства с этими стихами не хватило бы одного вечера:

Я тебя никогда не увижу,
Близорукое армянское небо,
И уже не взгляну, прищурясь,
На дорожный шатёр Арарата,
И уже никогда не раскрою
В библиотеке авторов гончарных
Прекрасной земли пустотелую книгу,
По которой учились первые люди».



В программе участвовали взрослые и совсем молодые поклонники поэзии «серебряного века», курсанты РЦНК в Узбекистане. Олег Бордовский прочитал свой сонет на сонет Ф. Сологуба  «Влачится жизнь моя в кругу…»;  Ася Шайдулина выразительно прочитала «Мой предок был скрипач» М. Цветаевой; Галина Козлова – «Поэты» А. Блока; Р. Крапаней –  «Ах, вы мои друзья последнего призыва» - стихотворение А. Ахматовой, написанное в Ташкенте; автор этих строк – «Третье и последнее посвящение  «Поэме без героя», стихи О. Мандельштама и Игоря Северянина. Инна Дегтярёва  рассказала о загадочной истории легендарной Черубины де Габриак, под чьим псевдонимом скрывалась поэтесса Елизавета Ивановна Дмитриева, в замужестве – Васильева (1887-1928), и познакомила присутствующих с её творчеством («Когда выпадет снег»). Под вымышленным  именем Черубина де Габриак печатала в «Аполлоне» (1909-10) свои стихи мистического и исповедально-лирического содержания, что сделала ее одной из заметных фигур русского «серебряного века».  


Гость из Москвы, талантливый режиссёр и актёр  театрального объединения  «Китеж»  Денис  Хамраев донёс до слушателей, так что мурашки по коже, отрывок из очень трудной для голосовой интерпретации из-за звуковой организации, инструментовки  трагедии М. Цветаевой «Ариадна»,  написанной в Праге (1924),  - диалог Тезея с Ариадной. Это одна из тех при жизни  поэта неизвестных  вещей, о которых Б. Пастернак писал позднее в своём биографическом очерке «Три тени»  (1956/57 гг.): «Их опубликование будет большим торжеством и открытием для родной поэзии и сразу, в один приём, обогатит её запоздалым и единовременным даром. Я думаю, самый большой пересмотр и самое большое признание ожидают Цветаеву»[2].


Денис  Хамраев сумел донести до сердец слушателей «непобедимые ритмы» Цветаевой (по определению А. Белого), спорные, но бесконечно разнообразные, в конечном счёте, обогатившие русскую поэзию ХХ века множеством счастливых находок. Артист  из Первопрестольной также порадовал публику песней под гитару на стихи С. Есенина «Выткался на озере алый свет зари». По просьбе  благодарных поклонников,  Денис пообещал выступить  в ахматовском музее в ближайший четверг – 04 02 16 - со своей персональной творческой программой, в которой прозвучат его стихи и авторские песни.
Татьяна Попова рассказала о творчестве Зинаиды Гиппиус, печатавшейся в журнале «Голос жизни» под псевдонимом «Роман  Аренский».  В своё время, в отличие от Блока, Гиппиус пренебрежительно, с чувством  явного «духовного» превосходства над «земляным поэтом»  отозвалась  в статье «Земля и камень» о Сергее Есенине, чем заслужила неприязненное отношение к себе у поклонников русского  крестьянского поэта. Однако это отношение к начинающему  поэту из рязанской глубинки не умаляет её  литературного дарования, что смогла показать на конкретных примерах из её  поэзии Татьяна Попова. Она прочитала философско-религиозные стихи Гиппиус начала прошлого века о тройственности мироздания – человеке, боге и смерти:

Тройная бездонность дана поэтам.
И разве поэты не говорят
Только об этом, только об этом?..»



 

Молодые курсанты РЦНК в Узбекистане  Вероника Васина, Антон Ястребков, Артём Франгульян, Сергей Путята, Азиза Шоякубова, Юлия Асеева, Камила Абдужабарова, Рахиль Басова, Евгения Ким воодушевлённо читали стихи любимых поэтов «серебряного века»: Б. Пастернака, В. Брюсова, О. Мандельштама, С. Есенина, А. Блока.
Музыкально-поэтический вечер в ахматовском музее приблизил всех его друзей и гостей к чистой многомерной сущности поэзии «серебряного века» в её первородной напряжённости. Их творцы, среди которых были гении и просто интересные поэты, умудрялись  «не жертвовать лицом ради положения». Они до конца несли свой крест, осваивали новые темы и избегали при этом опасности стать литературными сановниками - нередко ценой жизни и свободы - во имя своих прямых духовных источников и любви к родине.


Активное и творческое участие молодых людей,  курсантов РЦНК в Узбекистане,  в этом и других литературных вечерах, начинающих свой самостоятельный путь с поэтическим словом на устах, даёт  право нам утверждать, что в нашей стране появилась и теперь утверждает себя новая интеллигенция. Её духовный опыт расширяется, она приближается к истинному пониманию вещей. Этим она частично обязана многолетней деятельности  общественного клуба-музея «Мангалочий дворик Анны Ахматовой»,  открытому  18 декабря 1999 г., и её бессменному директору А.В. Маркевич – живому коллективному процессу воскрешения духовной и эстетической памяти. Здесь заново открывают и «вспоминают» русских и восточных философов, художников и поэтов. Здесь любители изящной литературы  ощущают свежесть и бесконечность Слова и слышат музыку языка, а значит, владеют орудием познания всякой жизни и нашей современной в том числе.

Гуарик  Багдасарова





[1] Ахматова А. В то время я  гостила на земле. – М.: Космополис, 1991. С. 180
[2] Пастернак Б. Сочинения в двух томах, т. 2 – Тула: Филин, 1994. С. 307

четверг, 28 января 2016 г.

Из цикла «Зимние фантазии»


                            «Зимы-зимы ждала природа.
Снег выпал только в январе»
А. Пушкин.


Первый снег

Преобразилась явь в преданье.
Багряный месяц, звёздочка впотьмах
Перебивают снежное мерцанье.
Пушистый снег порхает в небесах,
Бесцеремонно ворожит сознанье,
Видений паутину вяжет в снах.

Неровен час: полозья заскрипят,
И колокольчик засмеётся громко,
И кони свою удаль усмирят
Во власти музыки из окон.
И Золушка ночною птицей
вспорхнёт по лестнице крыльца.

И будет наяву иль это ей приснится,
Что принц влюблённый с ней кружится
И счастьем ещё можно насладиться,
Карета в тыкву не преобразится,
И лошади в мышей не обратятся,
Пока на башне полночь не пробьют.

***
И вновь, и внове снегопад,
И снова этот праздник света!
И ослеплённый перепад
Бесчувствия в бездонность неба!

И в сонме дней переворот:
Исход ли это, наважденье:
Который век, который год
Безвременного обновленья?

Будь бодрым и  неистощимым!
Люби, не зная устали и сна.
Благословляю снова небеса:
В который раз - одна с любимым!
***
Деревья в иглистом мерцанье.
Я слышу веток-струн бряцанье.
Они подобны изваяньям,
Что ожили и вдруг поют.

Кто вмиг нарушил прозябанье
Укутанных деревьев в снег
И кто озвучил их молчанье,
Явив их жизненность на свет?

Деревья в голубом мерцанье
Надежды смутные сулят.
О тайне своего избранья
Они молчат, не говорят.

И в комнату к себе напрасно
Безмолвье таинства вношу.
Слезой холодной и ненастной
Растаял синий иней поутру.


Снежная весточка

Обет молчания опять нарушен.
И вновь не пересилена тоска.
Моя любовь снежинок стаей
Летит, летит к тебе без вожака.

Возможно, пешеходы улыбнутся,
Встречая «Скерцо» на лету.
А, может быть, романсом отзовутся
Моя печаль и нежность на ветру.

Я предварять события не вправе:
Твой жест или движение души.
Сегодня кружит снегопад печали,
А завтра солнце землю оживит.

***
А как же чудо? Чудо не сбылось.
Глаза в глазах не потонули,
И на губах нет соли поцелуев,
И дна души вкусить не довелось.

Но решето чудес мне поутру
Дарует снегопад ненастный.
Я загадала встречу – и напрасно:
Снежинки разлетелись на ветру.

Я загадала… Слово! – Молча жду,
Когда снега нарушат немоту.


 Снегопад

И голоса низведены до шёпота,
И немота возвышена до голоса.
Снега поют, поют земле о вечности
И умирают, испытавши вечность.

И вовсе не обманываясь снежностью,
Не околдован призрачной беспечностью,
С лучами солнца ты поверил вечности.
Ты сущего нетленности поверил.

А снег всё падал, как воспоминанья,
И обжигаясь, исчезал не тая.
Не умирал, а уходил куда-то,
Ещё неведомую смертным дальность.

Два одиночества
«Ангел слёз и печали на правом,
Ангел счастья на левом плече»
Вл. Баграмов.

                                      «Взоры огненней огня и усмешка Леля.
Не обманывай меня, Первое апреля»
                                       А. Ахматова.


Двое любят друг друга,
Сливаются духом и плотью.
В недрах глухого недуга
Рождается тайная песня.

О том, что мы снова молоды
Целуемся – как впервые.
Ты нежен и счастлив, голоден
До губ моих, баек и были.

Ты так дурашлив и весел,
Твой  так заразителен смех,
Что кажется, мир нам тесен,
В котором царит любовь.

И нет в нём разлук, поражений
И битвы за место под небом.
И нет никаких прегрешений,
Когда ты един с любимой.

Но разве мы можем расстаться
И разойтись по разным углам?
Мы ценим высшее  братство,
Радость и горе – всё  пополам.

Мы  были целой вселенной.
А если и врозь – всё равно - 
Треть века прожили вместе,
Как солнце с луной заодно.

Герань цвела на чужом окне.
Внизу был город мне чуждый.
День затерялся во мгле на дне.
Метельный февраль завьюжил.

И я под крылом разлученья
С единственным сыном жила.
И вольная жизнь заточеньем,
И страсть лишь забвеньем была.

Сотворение мига

Возвращаюсь непрежнею в снегопад
И общаюсь, как прежде, со всеми не в лад.
Извлекаю из звуков спасительный  тон.
И смеюсь, и стенаю ему в унисон.
Облегчённость развязки смакую до света.
До рассветного снега бесснежность терплю.
А поутру ловлю сотворение мига
И на миг обретаю бессрочность любви.

Канун Крещения
Сыну Павлу

Кажется, снег будет идти до скончания века…
Как долго ты будешь в пути до родного порога?
Сколько лет пустует айван, на котором с рассвета
Горлинки  весёлым гвалтом будили подростка?

Падает-падает мокрый снег которые сутки…
Ты словно рядом и нет тебя, сын-невидимка!
Сколько дней и ночей напролёт летят эсэмэски,
Как лёгкие, тающие на глазах вести-снежинки.

Сколько годков мы играем в опасные прятки?
В доме от этой игры одиноко и пусто на Святки.
Жизнь пролетает мимо сказочной синей птицей.
На морозном стекле золотое перо Жар-птицы.


Ночной ангел

Но кто же в полночь светом входит?
Снимая тень от сомкнутых ресниц,
Он долгий диалог со мной заводит,
И вечность нас сближает в этот миг.

Мне эти встречи за пределом будней
Необходимей сутолоки дня.
Вот снова зазвучали струны лютни,
И я коснулась лёгкого крыла.

Я отвыкаю от звонков бездомных
Из снегопада, из лесной тиши,
Но в синих сумерках бездонных
Предвижу близость ангела в ночи.

Снег льнёт к губам, и тень его не тает.
В фонарном круге мрак дробится в свет,
И смутных дней мерцанье отступает,
И проступает истин зыбкий полусвет.

Романс

Между нами такая даль…
Не нарушить бы словом неверным
Эту радость и эту печаль,
Эту близость и отчуждённость.

Нас связала такая быль.
Не нарушить бы словом неверным
Эту невыразимую боль,
Суеверную верность мигу.

Нет невинности в таинстве том,
Да и верности нет, покуда
Ты не явишься вновь в мой дом
Неизвестно зачем и откуда.

И потом, разминувшись, пойдём
Истекая нежностью взгляда
И не ведая даже о том,
Что в других мы себя обретаем.

Нить Ариадны

И вновь возник речитатив
Тоски полузабытой.
И вновь навстречу снег летит
Незваный, торопливый.

И снова свет во тьме бредёт,
Переплетая будни нитью.
По ней на ощупь ты идёшь
На зов моей немой молитвы.

В ожидании весны


Безутешные письма сыну пишу.
Мы врозь с ним коротаем вечера.
Он там, где долгая сибирская зима.
Я здесь, где в январе гудит весна.

В открытой форточке звенит свирель.
Скворцы галдят перед полётом.
По календарику бредёт февраль,
А в городе  моём бал правит лето.

Гранат внизу пылает алым цветом.
Синь неба расплескалась над Ташкентом.
Мы с сыном ждём весны расцвета
И судьбоносных перемен в её рассветах.
Ташкент, 23 01 16

Племяннице Нине в День рождения

Какие планы? - "Быть счастливой!
Армянский хоровац вкусить!
Пить горный воздух Арарата,
где розам  круглый год цвести.

В Ташкенте нынче праздник света.
Набухли почки на деревьях в январе.
Мне грезится пир лета до рассвета,
Из розового туфа цветущие дворцы.

Мне снятся Эчмиадзин, Звартноц, Гарни.
 Судьба заносит в град Первопрестольный.
Армянский комплекс на окраине Москвы
Напомнит  Эривань  и Храм Господний".

Ташкент, 27 01 16



Гуарик  Багдасарова
 Иллюстрации: В. Кирдий                          

понедельник, 25 января 2016 г.

Крещенский вечер в Епархии


В конференц-зале Ташкентской и Узбекистанской епархии Православной церкви 24 января  2016 года по благословению
Высокопреосвященнейшего Викентия, митрополита Ташкентского и Узбекистанского,  Главы Среднеазиатского Митрополичьего округа, открылся праздничный вечер, посвящённый пресветлым праздникам Рождества и Крещения Господня.


Авторы проекта – режиссер-постановщик ГАБТ имени А. Навои, Заслуженный работник культуры Узбекистана Андрей Слоним и Иеромонах Аввакум  (Назаров) постарались, чтобы он по своей более насыщенной цельной духовной программе не только отличался от минувшего Рождественского концерта в Академическом русском драматическом театре Уз (11 01 16), но  даже превзошёл прошлогодний концерт, о котором помнили  благодарные прихожане весь год.
           Согласно доброй традиции, этот вечер открыл Владыка Викентий, который в своём образном выступлении раскрыл главную суть светлого Праздника Рождества Господня – как единение в душах человеческих земного и небесного начал. Митрополит Викентий тепло поблагодарил талантливых солистов ГАБТ и их руководителей за подвижнические выступления, приобщающие души людей к Возвышенному, и одарил всех участников концерта рождественскими сувенирами.


    Программа концерта объединила разные национальные культуры в их устремлённости к познанию высшей божественной Истины, характерной для всех народов. Ведущие солисты ГАБТ имени А. Навои: Ольга Александрова, Рахим  Мирзакамалов,   Джабраил Идрисов,  Анастасия Юдина, Лятифе   Абиева,  Александр   Полонский, Надежда Банделет, Наталья Сараева, музыкальный руководитель и концертмейстер отдела «Сретенье» – Людмила Слоним -  исполнили не только любимые всеми русские народные песни и романсы. Они отдали дань уважения украинским, азербайджанским и армянским напевам, выразительно прозвучавшим на вечере и с любовью принятым слушателями.
    Зрители ощутили отголоски рождественской темы в произведениях финского композитора Яна  Сибелиуса  (стихи       Й. Векселла) «Алмазы на снегу» и «Внутренней музыке» русского композитора А. Варламова  (стихи Н. Огарева) в исполнении Натальи Сараевой.

Анастасия Юдина со свойственным ей  душевным трепетом исполнила малоизвестную и редко исполняемую  словацкую народную  колыбельную песню «Спи, моя милая…», неразрывно связанную с образом Богоматери и воспевающую нежные материнские чувства. Это исполнение  слушатели могли сравнить с не менее одухотворённым обращением  к  святому женскому образу  в исполнении  Надежды  Банделет (П. Луцци “Ave, Maria!..”) и совершенно оригинальным смелым воспроизведением  вокальной  версии «Интермеццо» - «Молитвы» Ольгой  Александровой  из оперы П. Масканьи  «Сельская честь».



Надежда Банделет представила на суд публики произведения разных жанров.  В продолжение программы в её исполнении шуточная французская народная песня «Птички» звучала  лукаво и озорно. Романс  Людмилы Слоним  на известные стихи Б. Пастернака  «Зимняя ночь»  («Мело, мело по всей земле/ во все пределы./ Свеча горела на столе, / свеча горела…»)  покорил слушателей органическим слиянием музыки со словом. В этом  чарующем произведении можно было уловить вибрации февральской метели. Голос солистки сумел передать всю глубину, чистоту и внутреннюю музыкальность этого исповедального произведения.
Какая же русская зима обходится без  стремительной езды удалой тройки, мчащейся вдаль и вошедшей в  классическую поэзию и музыку, сознание православных людей испокон века как символ русской загадочной,  ищущей счастья, вечно неутолённой души. Эти грани живого  фольклорного  образа  Анастасия Юдина эмоционально передала известными  русскими   народными песнями:  «Над полями, да над чистыми…»  и, конечно, прошедшими  всю войну и вдохновлявшими на  ратный подвиг наших бойцов,  -  бессмертными «Валенками».
    Песню Ольги, утешающей княжну,  из романтической оперы «Русалка» А. Даргомыжского, полную бытовых перипетий простой  жизни,  с весёлым юмором и задорными нотками артистично донесла до  слушателей  Лятифе Абиева.


    Джабраил Идрисов порадовал публику известным лирическим, полным неги пробуждённого позднего чувства, романсом П. Булахова на стихи неизвестного автора, скрывающегося за инициалами (Н.Н.):   «Не пробуждай воспоминаний». Вторым сюрпризом  для публики было исполнение  Джабраилом не менее популярного романса  прошлого века азербайджанского композитора  Т. Гулиева (стихи Р. Рза) «Не гордись…». Старшее поколение его хорошо помнит, благодаря «золотому тенору»  Рашида Бейбутова.
    Рахим Мирзакамалов выступил в трёх ипостасях. Он представил на суд публики редчайшее произведение в репертуаре современных солистов – песню о несостоявшейся любви  «Огни заката…» (стихи Б. Тимофеева) композитора  с трагической судьбой, как и многих его соотечественников,  жертвы сталинских лагерей  ГУЛАГ - Б. Прозоровского. Вторым праздничным приношением молодого солиста была песня  А. Бабаджаняна, (чей 95-летний юбилей мы отметили в эти дни),  на стихи Р. Рождественского «Судьба». На радость  всем Рахим также исполнил «Мелодию» А. Пахмутовой (стихи Н. Добронравова) из репертуара Муслима Магомаева. Все три произведения вызвали долгую овацию в зале.
    Александр Полонский сумел возродить рождественскую атмосферу гоголевской повести «Ночь перед Рождеством» исполнением песни кузнеца Вакулы, готового утопиться из-за безответной любви к Оксане (из оперы «Черевички» П. И. Чайковского). В его же исполнении украинские народные песни «Ничь яка мисячна…» и «Гандзя» вызвали бурные  аплодисменты в зале. Они ещё раз напомнили о неистребимом духовном единении двух братских славянских народов, так ярко выраженном в классическом искусстве.
    Программа концерта была настолько  обширна и разнообразна, что даже включила в себя ритмы  джаза, ещё раз доказав и показав, что его особая природа и в классическом исполнении может быть не только понятной, но даже  очень изысканной. Наталья Сараева  подарила слушателям джазовую композицию Ф. Андре – В. Швандта:  «Маленькая мечта обо мне…».
    Программу  Крещенского вечера украсили  новые стихи А. Слонима. В них высокие  рождественские мотивы («Молчала ночь») перемежались с шуточными («Сказочка-нескладуха») и  философскими размышлениями о  жизненных дорогах, о ведомых и ведущих и о многом другом, что можно выразить только  сокровенным поэтическим языком («Перевозчик»):
«Благая весть – не просто и не разом! –  
В наш мир вошла,-
Нежданна и смела»        .

    Завершили праздничный вечер Надежда Банделет, Лятифе Абиева, Наталья Сараева и все участники немеркнущим хитом прошлого столетия и настоящего времени: прозвучали  «Три белых коня»  Е. Крылатова  (стихи Л. Дербенева) из кинокомедии  «Чародеи». Зал, конечно, подпевал, как мог.
    Вне программы солисты ГАБТ имени А. Навои от своего имени и всех  благодарных зрителей, пришедших на концерт, поздравили А.Е. Слонима с днём его рождения и пожелали  долгих творческих лет и  неиссякаемого горения в искусстве. Это пожелание завершилось коллективным исполнением заздравной песни: «Многие лета!..».
К этим поздравлениям присоединяются все пользователи сайтов  «Культура.Уз» и «Близкое эхо»: «С днём рождения, дорогой Андрей Евсеевич! Многие лета здравия Вам и преданного служения искусству!»    
Гуарик Багдасарова
Фото:  Михаил Левкович