пятница, 18 апреля 2014 г.

Писатель Габриэль Гарсиа Маркес скончался


17 апреля в четверг Гарсиа Маркес - знаменитый колумбийский писатель-прозаик, журналист, издатель и политический деятель, лауреат Нобелевской премии по литературе 1982 года, скончался в Мексике в возрасте 87 лет, сообщает РИА  "Новости".
Несколько дней назад Гарсиа Маркес был выписан из клиники в Мехико, где он провел больше недели. Госпитализация была связана с легочной инфекцией и обезвоживанием организма. Писатель проходил курс лечения антибиотиками.
Последний раз на публике Гарсиа Маркес появился в начале марта этого года, когда вышел из своего дома для общения с журналистами и поклонниками, отмечавшими его день рождения.
Президент Колумбии Хуан Мануэль Сантос уже отреагировал на эту новость в своем микроблоге в Twitter: "Тысяча лет одиночества и грусти из-за смерти самого великого колумбийца всех времен, выражаю свою солидарность и соболезнования семье".
Гарсиа Маркес — знаменитый колумбийский писатель-прозаик, журналист, издатель и политический деятель, лауреат Нобелевской премии по литературе 1982 года. Представитель литературного направления "магического реализма" и корифей латиноамериканской и мировой прозы XX века, он является автором всемирно известных книг, таких как "Сто лет одиночества", "Осень патриарха" и "Полковнику никто не пишет".
          Великий колумбийский писатель Габриэль Гарсиа Маркес (1927-2014), автор романов  "Сто лет одиночества", "Осень патриарха", "Полковнику никто не пишет", с которым  мир попрощался 21 апреля в Мехико,  уходил от нас чуть больше года: рак, которым он страдал, дал метастазы в лимфатические узлы, и это означало, что недолог срок. Он сам понимал это лучше всех. Нам, остающимся, он адресовал прощальное письмо - один из последних даров миру прекрасного человека и подлинного мастера...

Прощальное письмо Габриэля Гарсиа Маркеса 

         «Если бы Господь Бог на секунду забыл о том, что я тряпичная кукла и даровал мне немного жизни, вероятно, я не сказал бы всего, что думаю; я бы больше думал о том, что говорю.
            Я бы ценил вещи не по их стоимости, а по их значимости. Я бы спал меньше, мечтал больше, сознавая, что каждая минута с закрытыми глазами - это потеря шестидесяти секунд света. Я бы ходил, когда другие от этого воздерживаются, я бы просыпался, когда другие спят, я бы слушал, когда другие говорят. И как бы я наслаждался шоколадным мороженым!
Если бы Господь дал мне немного жизни, я бы одевался просто, поднимался с первым лучом солнца, обнажая не только тело, но и душу.
Боже мой, если бы у меня было еще немного времени, я заковал бы свою ненависть в лед и ждал, когда покажется солнце. Я рисовал бы при звездах, как Ван Гог, мечтал, читая стихи Бенедетти, и песнь Серра была бы моей лунной серенадой. Я омывал бы розы своими слезами, чтобы вкусить боль от их шипов и алый поцелуй их лепестков.
Боже мой, если бы у меня было немного  жизни... Я не пропустил бы дня, чтобы не говорить любимым людям, что я их люблю. Я бы убеждал каждую женщину и каждого мужчину, что люблю их, я бы жил в любви с любовью. Я бы доказал людям, насколько они не правы, думая, что когда они стареют, то перестают любить: напротив, они стареют потому, что перестают любить! Ребенку я дал бы крылья и сам научил бы его летать. Стариков я бы научил тому, что смерть приходит не от старости, но от забвения.
Я ведь тоже многому научился у вас, люди. Я узнал, что каждый хочет жить на вершине горы, не догадываясь, что истинное счастье ожидает его на спуске. Я понял, что, когда новорожденный впервые хватает отцовский палец крошечным кулачком, он хватает его навсегда. Я понял, что человек имеет право взглянуть на другого сверху вниз лишь для того, чтобы помочь ему встать на ноги. Я так многому научился от вас, но, по правде говоря, от всего этого немного пользы, потому что, набив этим сундук, я умираю»
06.03.13.
Габриэль Гарсиа Маркес завещал нам: “Смысл в том, чтобы реализовать себя, осуществить свою Главную Мечту и познать истинную любовь. Каждый из нас должен прожить именно свою, а не чью-нибудь жизнь. Это величайшая трагедия — уже в зрелом возрасте обернуться назад и осознать: все, что было в прошлом — не твое, чужое, непонятное, ненужное; впереди же — сплошная неопределенность и… тотальное одиночество. Замкнутый круг…

Что касается меня, то смысл моей жизни состоит в том, чтобы жить в полную силу и рассказывать о жизни. Жизнь не может состояться без настоящей любви. Чувство любви дает стимул жить, украшает жизнь. Без любви жизнь не просто скучна. Она бессмысленна и бесполезна. Сердце, не пораженное вирусом любви, самым прекрасным и желанным недугом, черствеет, чернеет и рассыпается. Человек умирает из-за того, что его сердце перестает любить”.
          Это прощальные слова мастера, который уже однажды подарил миру:

"Люби так, как будто тебя никогда не предавали.
Работай так, как будто тебе не нужны деньги.
Танцуй так, как будто тебя никто не видит.
Пой так, как будто тебя никто не слышит.
Живи так, как будто живешь в раю…"

18.04.2014 / 12:59:31 
Писатель Габриэль Гарсиа Маркес скончался
http://www.kultura.uz/view_9_r_1723.html
























воскресенье, 13 апреля 2014 г.

Праздник материнства и красоты в АНКЦ Уз




Двенадцатого апреля  в мемориальном доме-музее Тамары Ханум впервые состоялось открытие Живого журнала «Наш Очаг». Он призван стать живым дополнением к издающемуся в армянской общине Узбекистана печатному изданию –  «Депи Апага» («К Будущему»). Первый выпуск Живого Журнала был посвящен Дню материнства и красоты.



Открыл праздник председатель Правления Республиканского АНКЦ Мартин Сетян:
- День материнства и красоты - так поэтично называется светлый весенний праздник, который отмечают в Армении 7 апреля.         При всей схожести с 8 марта, этот праздник особенный, хотя бы потому, что имеет религиозные корни. Именно в этот день Армянская Апостольская Церковь  отмечает один из самых важных праздников — “Аветман тон” (“Благовещение Пресвятой Богородицы”). Для христианского мира этот день имеет особое значение: согласно библейским писаниям, именно 7 апреля Архангел Гавриил явился Деве Марии с вестью о том, что она станет матерью.
Поздравляю всех с этим древним праздником  и желаю, чтобы мы и впредь не забывали наших национальных обычаев, обрядов и праздников и как можно чаще собирались в этом уютном гостеприимном доме дочери народов – Тамары Ханум, стоявшей у истоков официального признания армянской диаспоры   в Республике и много сделавшей для основания  АНКЦ в Узбекистане в 1989 году.
Традиция празднования женского дня началась еще в древней Греции, продолжилась  в Древнем Риме. В XXI веке, как минимум, 30 дней в году в  разных странах  народы чествуют  прекрасную половину человеческого рода.
Глубочайшее почтение, свойственное армянам по отношению к своим матерям, выразительно  передано в стихах Ованеса Шираза. 

На вечере задушевно их  продекламировала Ксения  Газарянц:

Мать, пахнет молоком твоим
От нашей почвы и ручьев,
От радостных родных цветов,
От свежих нив и от лесов.

Мать, пахнет молоком твоим
От звонких, чистых родников,
От розовых густых кустов,
От губ, целующих без слов.

Мать, пахнет молоком твоим
От наших вин и от хлебов,
От дерзостных твоих сынов.



Георгий Сааков – главный редактор журнала армян Узбекистана «Депи Апага» и автор идеи Живого Журнала «Наш Очаг» рассказал об одном из главных символов армян – Богине Анаит  в рубрике   ԱՆՈՒՆ (ИМЯ):
 -  В Армении  каждую десятую новорожденную  девочку называют Анаит. Родители, наделяя ребенка божественным именем, надеются на то, что их дочка  вырастет красивой, мудрой, любящей — счастливой. Анаит — имя главной богини в древнеармянской мифологии. Она отвечала за плодородие и любовь, своим образом и деяниями внушала трепет и безграничное уважение. К ней обращались за целительной  помощью   в случае болезни.
Современные армяне условно соблюдают некоторые традиции далекого прошлого, в частности,  остаются  верны именам языческих богов, дошедших до нас из  народной мифологии. Сам царь Трдат I восхвалял Великую Госпожу Анаит, называя её «славой нации и дарующей жизнь, целомудренной матерью, дочерью великого и доблестного Арамазда». Она отождествлялась с греческими богинями красоты -  Артемидой или Афродитой, римской богиней плодородия Дианой и аналогичной египетской Ниити.
Древнеармянский Новый год — Навасард — по традиции начинался с празднований в честь Анаит. Тысячи паломников собирались у храмов богини. Празднования сопровождались песнопениями, плясками, состязаниями и пирами. Именем главной богини назывался и 19 день каждого месяца по древнеармянскому летоисчислению. Знаменитое изображение богини - бюст, найденный в Западной Армении в 19 веке, ныне хранится в Британском музее.
Программа праздника в Доме-музее Тамары Ханум  плавно перешла от далёкого прошлого к  современности и  актуальным рубрикам, связанным с самыми умными людьми планеты, в когорту которых вошли многие знаменитости с армянскими корнями по материнской линии в разных сферах науки, военного дела, искусства, политики. Среди них были упомянуты имена Михаила Пиотровского (Лусине Джанполадян), Булата Окуджавы (Ашхен Налбандян), Сергея Лаврова - этот список легко продолжить.
По-своему поразительной оказалась публикация в газете «Sunday Times», издаваемой в Индии от августа 2011 года, вспомнившей армянские корни принцессы Дианы. Про армянскую кровь принцессы Дианы упоминалось и ранее – разные источники отмечают, что прабабушка Дианы по материнской линии в 6-ом колене была армянкой из Индии, по имени Элиза Кеворк. В качестве комментария приводим выдержки из британской прессы: анализ ДНК показал, что принц Уильям станет первым британским монархом индийского происхождения. Об этом написала британская «The Daily Mail» в июне 2013г. Четкая генетическая линия была проведена между герцогом Кембриджским и  прапрабабушкой Уильяма – Элизой Кеворк. Ученые назвали эту генетическую связь неоспоримой. Тесты проводились экспертом по генетике Джимом Уилсоном из Университета Эдинбурга.                                                             Не случайно,  справедливо заметил французский писатель Оноре де Бальзак: «Будущее нации – в руках матерей».
В программе праздника  прозвучали фрагменты очерков и эссе о женщине-матери известных армянских журналистов Карена Агекяна и Владимира Шахиджаняна.

Гоар Багдасарова – литератор, член редколлегии журнала «Депи Апага» прочитала стихи классика армянской поэзии прошлого века Геворга Эмина в переводе Эдуарда Бабаева из цикла: «Я людей полюбил – всё, что в них человечно» и свои собственные  сочинения из поэтических сборников «Близкое эхо» (Т., 2003) «И я причастна» (Т., 2011) – лирическое посвящение маме: «Воспоминания, навеянные букетом сирени» и  эпическое стихотворение  об исторической  судьбе армянской диаспоры Центральной Азии:

На Малой родине

Армяне – потомки не истреблённых, выживших жертв геноцида!
Шли мы пустыней, проливом Кара-Бугаз и морем Азовским,
Чтобы причалить к Центральной Азии, ставшей Малой родиной.
Здесь мы заново обрели самих себя и нашу собирательную память.

Звучат армянские песни и  карабахские пляски на земле узбекской.
 «Несмолкаемая колокольня»  Севака и «Гимн человеку»  Эмина  
Учат смыслу жизни в ней самой: без выгоды привычной и корысти –
Быть людям, камню и воде полезным – всё без свидетелей и безвозмездно.

Каждый год мы приходим в молельный дом в солнечный апрельский день, чтобы почтить память жертв геноцида 1915 –го года в пустынях Тер-Зора .
Наши соотечественники идут к горе Цицернакаберд к памятнику погибшим –
Здесь всегда ладаном над вечным огнём звучит скорбная мелодия Комитаса.

«Скорбные песнопения» Нарекаци 10 веков молитвой проносятся над нами.
Древний крест «Хачкар» в церковном дворе с развалин храма Звартноца -
 Вечно зелёное древо жизни распустило гроздья винограда на каменной лозе.
Сердце человека на «малой родине» как ни страдало, но не окаменело.

В 21 веке оно смело восстаёт, трусливо молчит и скорбит по погибшим.
Из века в век, из крови в кровь струится память поколений –
Из песни, что веками пели, с пергаментов старинных манускриптов -
о, горечь прошлого и нашей были – слезой скатилась – морем разлилась.

Ташкент,
24 04 11


В программе приняли участие  представители талантливой армянской молодёжи: Эдуард Арушанов и Ксения Газарянц – ведущие материалов рубрик.  Стихи Ованеса Шираза, Ашота Граши, Марии Петровых и  Валерия Брюсова прозвучали в исполнении Роксаны Аршакян, Ксении Газарянц и Лусине Бабаян. Музыка Арно Бабаджаняна («Ноктюрн» и другие ), Шарля Азнавура («Вечная любовь»)   сопровождали всю  программу в интерпретации Армена Бугданова (фортепиано), Николай Саркисян (вокал) – лауреат международного фестиваля «Одна Нация, Одна Культура» в Ереване,  Арсен Атабеков («Ностальгия», саксофон).



Зажигательный народный танец продемонстрировала  Лусине Бабаян, солистка ансамбля  «Эребуни». 



Екатерина Мороз – художник-флорист цветочной компании «Гудвин» - украсила праздник своими пасхальными цветочными композициями, которые она создала на глазах у всех.



Гости –  заслуженный деятель культуры Уз Борис Пак и чирчикский поэт Александр Евсеев  внесли свою интернациональную лепту  в праздничную программу. Они познакомили армянскую публику со своими стихами, посвящёнными женщине-матери и женщине-творцу: 


Поклонюсь Поэтессе армянской

Поклонюсь Поэтессе Армянской
За ее исцеляющий стих.
Будь уверен, жизнь так прекрасна:
Ты цени ее каждый миг.
Говорит -  а в глазах две слезинки,
И тепло, и божественный свет.
Не дели себя на половинки
И познаешь счастья секрет,
В жизни нашей равнины и трещины,
Но в душе сохраню завет.
Поклонитесь армянской женщине,
Что несет в мир наш ласку и свет.
11 08 2012

Мама
Всем матерям,  живущим и ушедшим

Ты меня с любовью воспитала
И в меня вложила душу ты.
Ах, родная, если бы ты знала,
Как мне не хватает теплоты.
Мама, ты не знаешь, что порою
Часто я корю себя за то,
Что тебя не одарил любовью
И не подарил души тепло.
Мама, ты с годами не стареешь,
Хоть морщинки копятся у глаз.
Ты воспоминания лелеешь
О былой любви в полночный час.
Мама, благодарен буду вечно
За твое терпенье и труды.
Все, что в моем сердце человечно -
Это твои светлые мечты.
Не забуду я тебя, мой ангел,
Никогда тебя не разлюблю.
И за то, что детям я оставлю,
Мама, я тебя благодарю!

Автор этих   нежных стихов Александр Евсеев  приготовил неожиданный сюрприз для хозяев вечера: он исполнил  на армянском языке популярную и любимую песню: «Ов,  Сирун, Сирун» («О, моя краса», музыка народная, автор эстрадной обработки — Арташес Аветян, слова Левона Мириджаняна).





 В заключение «волшебного вечера» – так единодушно оценили все его участники -   составитель  и  ведущий литературно-музыкальной программы Георгий Сааков поделился  анонсом  последующих выпусков Живого Журнала. Они будут связаны  с празднованием юбилейных дат  знаковых для армян  деятелей мировой культуры. В нынешнем году мы будем отмечать 110-летие Арама Хачатуряна, 105-летие Уильяма Сарояна, 130-летие Сергея Городецкого и 140-летие Валерия Брюсова.




Гуарик Багдасарова




среда, 9 апреля 2014 г.

«Песенки Александра ВертинскАго» в исполнении Георгия Дмитриева




В этом году театрально-музыкальный мир празднует 125 летний юбилей «русского Пьеро». Александр Николаевич Вертинский (9 (21) марта 1889 года, Киев, – 21 мая 1957 года, Ленинград) – русский эстрадный артист, киноактёр, композитор, поэт и певец, кумир эстрады первой половины XX века. Отец актрис Марианны и Анастасии Вертинских.
Использование «маски» в качестве сценического образа было характерно для того времени – традиция, идущая от «серебряного века» в литературе. Элемент перевоплощения,  отстранения, самоиронии  проскальзывал даже на афишки, на которых рядом с образом грустного Пьеро красовалось название «Популярные песенки в исполнении ВертинскАго», где в фамилии маэстро была  заменена одна буква. Отмечалось, что на выбор Вертинского оказала влияние поэзия Блока, в частности, пьеса «Балаганчик» и цикл «Маски». Сам артист утверждал, что этот грим появился спонтанно, когда он и другие молодые санитары давали небольшие «домашние» концерты для раненых, и «был необходим на сцене исключительно из-за сильного чувства неуверенности и растерянности перед переполненным залом». Эта маска помогала артисту входить в образ. Его Пьеро – «комичный страдалец, наивный и восторженный, вечно грезящий о чем-то, печальный шут, в котором сквозь комичную манеру видны истинное страдание и истинное благородство».
Позже появился образ «черного Пьеро»: мертвенно-белый грим на лице сменила маска-домино, на смену белому костюму Пьеро пришло чёрное одеяние с белым платком на шее. Новый Пьеро (как пишет Е. Р. Секачева) стал «в своих песенках ироничнее и язвительнее прежнего, поскольку утратил наивные грезы юности, разглядел будничную простоту и безучастность окружающего мира». Каждую песню артист превращал в небольшую пьесу с законченным сюжетом и одним-двумя героями. Певца, который называл свои произведения «ариетками»,  стали называть «русским Пьеро». Позднее А. Вертинский сменил костюм Пьеро на сценический строгий чёрный фрак.
А.Н. Вертинский – один из тех ярких личностей, чьё обаяние не убывает с годами и сохраняется даже после кончины, запечатлевшись в звуках и строчках. После получения первого очного  образования в МГУ имени М.В. Ломоносова я стала  студенткой заочного обучения Ленинградского института живописи, скульптуры и архитектуры имени И.Е. Репина, расположенного в старинном здании Академии художеств на Васильевском острове. Благодаря длительному учебному процессу, мне приходилось в середине 80-х годов прошлого века ежегодно  в течение  шести лет ездить на полтора месяца на  сессию в «Северную Пальмиру»  и общаться там с коренными ленинградцами. Мои старинные друзья, среди которых была дочь известного китаеведа Любовь Васильевна Алексеева,  привили мне любовь к песням А. Вертинского, которого они боготворили. Эту любовь они унаследовали от своих родителей, которые сохранили живую память и отчётливо воспроизводили облик замечательного артиста – исполнителя «печальных песенок» собственного сочинения – то наивных и непритязательных, то «экзотических» и претенциозных. Его вспоминали, слушали часами на аудиокассетах и восхищались им, потому что многим он помогал перенести голод, холод и утрату близких в блокадном Ленинграде. Но по-настоящему А. Вертинского я  открыла на концертах солиста ГАБТ имени А. Навои - Георгия Дмитриева.

К творчеству знаменитого певца – «русского Пьеро» Георгий Дмитриев обратился в 2007 году. Ему тогда аккомпанировал  талантливый концертмейстер Александр Вишневский. С годами репертуар расширялся, а сам сольный концерт превращался в спектакль одного актёра с чётко отточенной современной режиссурой. Программа минувшего сольного концерта (7 04 14) Г. Дмитриева в Академическом русском драматическом театре включала в себя «популярные песенки» Александра Вертинского: «Танго «Магнолия», «Джиоконда», «Я сегодня смеюсь над собой», «Piccolo Bambino», «Жёлтый ангел», «Доченьки», В синем и далеком океане», «Испано-Сюиза», «Песенка о моей жене», «Дни бегут», «Femme raffinee», «Джимми», «Рождество», «Палестинское танго», «Оловянное сердце», «Марлен», «Желтый ангел», «Без женщин», «Ирине Строцци», «Дни бегут», «Прощальный ужин» и другие.
В концерте-спектакле были тонко продуманы  документально-биографическая, музыкально-вокальная концепции постановки,  освещение, парадный костюм артиста – чёрный фрак и белая манишка с неизменной артистической бабочкой, элегантная декорация на заднем плане сцены – круглый стол и на нём в вазе весенний букет, кофейник и сигареты – спутники неприхотливой  многолетней гастрольной жизни Вертинского. Позже певец говорил, что именно эмиграция превратила его из капризного артиста в трудягу, который зарабатывает на кусок хлеба и кров.
В новой версии моноспектакля  были скрупулёзно  выверены и органично соединены  музыкальный и пластический рисунки постановки. Каждый жест артиста, поворот его  головы, ракурсы со спины, в фас и профиль – всё до мелочей служило одной цели – донести до зрителей камерный театр А.Н. Вертинского с его особой  неповторимой доверительной интонацией. Надо отметить, молодой талантливый пианист-концертмейстер  Сергей Скобин также справился со своей задачей на «ура», обогащая простые мелодии песен А. Вертинского богатой аранжировкой, вызывавшей в слушателях  разнообразную палитру историко-культурных  и литературно-музыкальных  ассоциаций и внутренних,  очень личных переживаний.
Циклы стихов Вертинского рождались «вариациями на тему»; в них он «стремился показать, что никем не понятый, одинокий человек беззащитен перед лицом огромного безжалостного мира». Отойдя от традиций русского романса,  он «…предложил эстраде другую песню, связанную с эстетикой новейших течений в искусстве и культуре, и, прежде всего, авторскую художественную песню». Вертинскому, как отмечали специалисты, удалось создать новый жанр, которого еще не было на русской эстраде. «Я был больше, чем поэтом, больше, чем актером. Я прошел по нелегкой дороге новаторства, создавая свой собственный жанр», – говорил о себе  Вертинский.
Музыка жизни умолкнет, если оборвать струны воспоминаний. Об отдельных вехах этого новаторского пути  Г. Дмитриев поведал зрителям  не только в  песнях, но и отдельных воспоминаниях самого Вертинского, почерпнутых  из его писем своим близким и дневниковых заметок, а также биографических справок. Из его рассказа мы узнали, что А. Вертинский со своими концертами объездил не только почти всю Европу (Румыния, Польша, Германия, Турция, Бессарабия, Франция, Палестина), долго жил  в эмиграции в Китае и дважды побывал в Ташкенте, о котором у него остались самые тёплые воспоминания.
А. Вертинский, дававший концерты в Узбекистане в октябре 1956 г, встречался в Ташкенте с Галиной и Алексеем Козловскими. Они подарили знаменитому  шансонье книжку китайских стихов и оставили в ней надпись стихами А. Ахматовой.
Кульминационным моментом в программе было исполнение в полный драматический голос романса  «То, что я должен сказать» и связанные с ним воспоминания  А. Вертинского. Так уж совпало: 25 октября 1917 года – в день начала Октябрьской революции – в Москве проходил бенефис Вертинского. Романс «То, что я должен сказать», написанный под впечатлением гибели трехсот московских юнкеров, возбудил интерес Чрезвычайной комиссии, куда автора вызвали для объяснений. Согласно легенде, когда Вертинский заметил представителям ЧК: «Это же просто песня, и потом, вы же не можете запретить мне их жалеть!», он получил ответ: «Надо будет, и дышать запретим!».
Как «гений и злодейство – две вещи несовместные» для А. Пушкина, так «искусство и  страх» не совместимы были для А. Вертинского, по его признанию. Европейские гастроли для артиста не были лёгким делом: отношение публики к артистам, выступавшим в ресторанах, было не таким уважительным и даже возвышенным, как в России. На неоднократные просьбы о возвращении на родину А. Вертинский получал отказ и размышлял в своих дневниках и письмах  о жизненном пространстве, которое только мы сами своими усилиями способны наделить высоким духовным смыслом.
О своей «второй родине» Вертинский писал:
…Моя Франция – это один Париж, зато один Париж – это вся Франция! Я любил Францию искренне, как всякий, кто долго жил в ней. Париж нельзя было не любить, как нельзя было его забыть или предпочесть ему другой город. Нигде за границей русские не чувствовали себя так легко и свободно. Это был город, где свобода человеческой личности уважается… Да, Париж… это родина моего духа!
В тридцатые годы в США  близкая дружба связала его на долгие годы  с Федором Шаляпиным,  Рахманиновым,  Балиевым, Болеславским, Рубеном Мамуляном, а также с его парижской  знакомой Марлен Дитрих, которой он позже посвятил песню «Марлен». В тридцатые годы впервые Вертинский стал использовать в своих песнях стихи советских поэтов, в частности, В. Маяковского. Они совершенно по-новому прозвучали в концерте Г. Дмитриева: певец объединил две песни «Жёлтый ангел» и «Сумасшедший маэстро» и придал им совершенно новое героическое звучание.
Из США Вертинский вернулся во Францию, а оттуда в 1935 году перебрался в Китай, обосновавшись в Шанхае, где проживала большая русская колония. Именно в эти годы впервые в эмиграции он познал нужду. Согласно  воспоминаниям его молодой супруги Лидии Вертинской (она была моложе на 34 года), перед каждым своим выступлением Александр Николаевич выкупал фрак из ломбарда, а после выступлений сдавал его снова, до следующего раза.
А. Вертинскому разрешили вернуться на родину (Москву) только в ноябре 1943 года с женой и трехмесячной дочерью Марианной. Он поселился на улице Горького (поначалу – в гостинице «Метрополь»). Ровно год спустя у супругов родилась вторая дочь Анастасия. Обеим девочкам Вертинский посвятил одну из самых своих известных песен того периода «Доченьки». Эта песня вызвала на концерте в Академическом русском драматическом театре Уз. шквал аплодисментов -  так трогательно, задушевно её исполнил Г. Дмитриев.
Вертинский много гастролировал на фронте, исполнял патриотические песни советских авторов и собственного сочинения. В мирное время только в дуэте с пианистом Михаилом Брохесом за 14 лет он дал более двух тысяч концертов, проехав по всей стране, выступая не только в театрах и концертных залах, но на заводах, в шахтах, госпиталях и детских домах.
Концерты в Москве и Ленинграде были редкостью, на радио Вертинского не приглашали, пластинок почти не издавали, не было рецензий в газетах. Несмотря на огромную популярность певца, официальная советская пресса к его творчеству относилась со сдержанной враждебностью: ни одна его песня не звучит в эфире, газеты и журналы о триумфальных концертах Вертинского хранят ледяное молчание. Выдающегося певца как бы не существует, и это вызывает глубокий психологический кризис у артиста незадолго до его кончины. Александр Николаевич Вертинский скончался от острой сердечной недостаточности 21 мая 1957 года в гостинице «Астория» в Ленинграде, куда приехал на гастроли. В этот вечер, - рассказал Г. Дмитриев, -  по просьбе зрителей, к которым присоединился Качалов из зала, он исполнил на «бис» «Прощальный ужин». Так он фактически простился со своими слушателями. Г. Дмитриев на своём сольном концерте воссоздал  трепетную атмосферу этого прощания: слова песни звучали скорбно и одновременно обнадёживающе оптимистично, ведь их слышали уже новые   поклонники творчества А. Вертинского в XXI веке. Завершался  «Прощальный ужин» такими словами:
«Я знаю, даже кораблям
Необходима пристань.
Но не таким, как мы! Не нам,
Бродягам и артистам!»
А. Вертинский  был похоронен на Новодевичьем кладбище в Москве.

После концерта Г. Дмитриева и долгих оваций  люди ещё долго обменивались в фойе мнениями об увиденном и услышанном. Некоторые зрители, впервые попавшие на концерт Г. Дмитриева,  поначалу были разочарованы. Они ожидали, что артист запоёт голосом своего кумира и даже сохранит дефекты  дикции: известно, что Вертинский не проговаривал букву «р» и  произносил букву «г» на украинский лад, как букву «х». В ходе концерта солист Г. Дмитриев мог подчинить публику магией своего неповторимого баса и доказать всем, что для него важнее  донести дух и душу песенного творчества своего кумира, а не «клонировать» его сценический образ. У А. Вертинского было много подражателей.  В частности, были особенно известны пародийные песенки популярного артиста-эксцентрика Савоярова, который до конца 1920-х годов гастролировал по России с концертами под фамилией «знаменитого артиста Валертинского».
Для Г. Дмитриева не столь важны внешние детали, хотя он их точно передал в связующих «лирических отступлениях» между вокальными номерами, когда рассказал публике о манере  говорить и петь главного и единственного героя музыкального спектакля. Это не шоу «Точь-в-точь» на первом канале  Российского ТВ, не слепое подражание Вертинскому и даже не талантливое  перевоплощение в своего героя, - это значительно большее по содержанию и форме представление о маэстро – в развитии, в новом восприятии и  понимании в духе уже нашего времени – XXI века. Поэтому с полным правом Г. Дмитриев многие песни А. Вертинского посвятил своему близкому окружению: Евгению Дмитриеву, Марку Вайлю, Куркмасу Мухитдинову…
«Интимные» песенки, «домашний» голос – кто бы мог подумать, что всё это может иметь отношение к искусству. А между тем такой  феномен существовал в лице Вертинского. За внешней элегантностью, непритязательными мелодиями песенок «русского Пьеро» Г. Дмитриев смог уловить глубоко скрытый трагизм, ностальгические настроения и патриотизм  их автора. Он, может быть, один из первых исполнителей нашёл смелость «во весь голос»   передать эти скрытые мотивы  в своём многогранном  спектакле: это и песня, посвящённая погибшим юнкерам, впервые прозвучавшая в 1917 году, и  гротесковый  траги-комический  фарс о цирковой балерине («Я маленькая балерина»), и слёзно-сентиментальная история о клоуне и Магдалине: Piccolo Bambino.
Выбор такого концерта-спектакля не случаен: образ, созданный на эстраде А. Вертинским, оказался единственным в своём роде, благодаря своеобразной манере исполнения: каждую песенку певец преподносил как маленькую пьеску, выступая в качестве драматурга, режиссёра и актёра одновременно. Режиссёр ГАБТ имени А. Навои,  заслуженный работник культуры Уз А.Е. Слоним восторженно отозвался о минувшем концерте:
- Блестящий концерт. Так А. Вертинского и в Москве петь не умеют.
Самое полное представление о жизни и творчестве А. Вертинского можно получить по вышедшей в 90-х годах  прошлого века книге «Александр Вертинский. Дорогой длинною…». Первый раздел составлен из воспоминаний о детстве, юности, первых сценических опытах, о долгих дорогах эмиграции. Второй раздел включает в себя стихи и тексты песен. Зрители, побывавшие на концерте Г. Дмитриева в Академическом русском драматическом  театре Уз., за два часа прошли вместе с солистом дорогой, длиною больше жизни «Русского Пьеро»  – 125 лет со дня рождения А.Н. Вертинского.
        


Гуарик Багдасарова

суббота, 5 апреля 2014 г.

«Вокруг себя объединивший…» Светлой памяти русского учёного-филолога, политического и общественного деятеля С.И. Зинина (05 12 1935- 04 04 2013)



В марте этого года Русский культурный центр Узбекистана  отметил свой первый крупный двадцатилетний юбилей со дня его основания Сергеем Ивановичем Зининым. Видный учёный, филолог-русист, одарённый педагог, талантливый писатель и журналист с 1994-го по  2002 годы  возглавлял  РКЦ и принимал активное участие в создании его подразделений в областях и городах Узбекистана.

вторник, 1 апреля 2014 г.

МОИ АКВАРЕЛИ. Весенняя капель







МОИ АКВАРЕЛИ

Весенняя  капель

1.***
И я причастна пробужденью
Травы, раскалыванью льдов,
Томленью почек и освобожденью
От долгих снов, стекающих снегов.
И шорохи корней из подземелья,
И голоса заоблачных высот
Слились в оркестр вдохновенья:
«Играй, играй же в голос, оркестрант!»

2. ***
Бродить без дела и без цели,
И без желанья отдохнуть.
Придти домой - открыть все двери
И окна настежь распахнуть.
Пьянеть от музыки Шопена,
От свежести дождя рыдать
И нежность в сложенных ладонях
Тебе до капельки отдать.


3. ***
Ливень-ливень  большой!
Задыхаясь, внемлю.
Как он жадной струёй
Пробивает землю.

Звоны тысячи струн
Низвергает в лужицу
И гремит, задыхаясь,
Дьявольской музыкой.

"Кап!" - и выбила капля
Первый листочек,
Очень гордый и дерзкий.
Хоть сам с ноготочек.

"Дзинь!" и в небе разлился
Крик журавлиный.
Это солнце сверкнуло
И лижет пылинки.


4. ***

Весной каждый миг наполняется
смыслом глубинным, звучанием струнным.
Мечты, покинувшие меня в сутолоке дней,
вернулись и расцвели первоцветом в вечерних сумерках.
Исповедальны скользящие книжные, нотные знаки.
Глиняные цветы в руках оживают, как люди,
Богом созданные. Что бы значило это?..
Возрождение жизни!…

5. Струны Земли

"Подобное познаётся через подобное".
Прислушайся к сердцу магнитного поля Земли!
Клавиатура органа способна воспроизвести
Самые высокие и низкие тона,
Возвышенные и низменные вибрации
Человечества всех времён.
Это магнитные записи -
Всё, что было и будет, -
Записано и сохранено для Вечности.



6. ***
А я, быть может, только снег?
Ты – свет, последний, поздний.
Я из того огня произошла,
Чтобы растаять и уйти в тебя.

То свет, то снег перемежают воздух
И танец вьют двух душ – слепой и розный.
А завтра  ранний луч смахнёт с лица земли
Следы родства, случайного соитья.

В обличье вечном явится весна
Без памяти о прародителях.




7.  Воспоминание, навеянное букетом сирени

Букет сиреневый в хрустальной вазе -
Земное воплощенье Красоты,
Воспоминанье о дворе цветущем
И маме молодой, срезающей цветы
Под этими сиреневыми кущами
И в дом вносящей аромат мечты,
Не розовой, - сиреневой и звучной! -
О том, что вместе всюду будем мы
Так счастливы, и молоды, и нежны,
Как двор в сиреневом дыму
И капли дождевые у подножия
Калитки, приоткрытой в мир,
Неведомый дотоле и влекущий.

8. Посвящение сыну

Я живу на Весеннем проезде, где я помню себя юнцом.
Скоро талый поток надежды свяжет всех с Жемчужным кольцом.
Не спасут ни кроссовки, ни кеды от журчащих ручьёв, полыньи.
И, задрав штаны до коленей, вброд навстречу ветрам пойду.


Дятел радостно щёлкнет из чащи, загалдят безумцы скворцы.
Дикий голубь перья подчистит, заворкует песню весны.
Мне захочется вновь, как в детстве, загулять, заблудиться в лесу
И вернуться домой под вечер с птицей счастья в руках на юру.


 9. Художнику


Между тобой и одиночеством
Я выбираю одиночество.
Прошу меня не беспокоить
И языком лукавым не трезвонить.

Но помню я картину вещую,
Назначенную всем векам,
Где  «Сотворение Адама»,
Там руки тянутся к рукам.

И в нас всё это повторяется,
Как с кем-то много лет назад.
Друг другу руки простираем,
И пальцев кончики кричат.

Но вытянутые над бездною,
Где та же глушь и  немота,
Не смогут руки наши бедные
Соединиться никогда.

Прощай, прощай же навсегда,
Палитра грешная моя!
Грядёт-гудит священная весна:
Апрель венчает нимбом дерева.

10. ***

Твоё "Прости!" - как "Алилуйя!..".
Как проповедь - без поцелуя
В ответ на страсть мою к тебе, -
С подводной лодки, что на дне.

Кто предавал - остался лгать вовеки!
Он клятву верности даёт другой навеки -
За "тёплый уголок" и жизнь в кабриолете
Готов забыть любовь на этом свете.

Что было - то растаяло, как лёд.
Теперь Навруз – весенний Новый год,
В грядущем дне тысячелетья
Быть или не быть нам вместе?

На всё  пророчески Поэт ответ нам дал:
"А те, с кем нам разлуку Бог послал, -
Прекрасно обошлись без нас - и даже
Всё к лучшему!!!.."


11. ***

Я свободна. Ты свободен.
Завтра лучше, чем вчера.
Над Анхором быстроводным
Синь небес и чистота.

Я давно не одинока.
С той поры, как ты ушёл,
Гости с запада-востока
входят в мой открытый дом.

Мы беседуем о жизни.
Диалог любви  ведём,
И за трапезой вечерней
Смысл бытийный познаём.

Ты же бродишь всё по свету.
Поиск истины тернист.
Есть короткие тропинки.
Есть пути длиною в жизнь.

12. Моим друзьям

Догорят наши письма,
И будет заветный апрель.
Отшумят перемены
И всех нас минуют печали.

Горьковатый покой
Разольют по сердцам
Свет над садом расцветшим
И букет гиацинтов в бокале.

Мы залечим обиды,
забудем, как прячут глаза.
Соберёмся все вместе
и сдвинем весёлые вина.

И с улыбкою вспомним,
как мы в суете позабыли,
Что живём друг для друга
и счастье наше - в друзьях.


13. Весенняя капель

К полуночи на улице всё тише.
Весенняя капель поёт на крыше.
Твой голос в нём едва я слышу.
Но от любви мне сносит крышу.

Чтобы тебя  узнать  ещё поближе,
Зовёшь меня  ты в дальние края.
Где нас с тобой никто бы не увидел,
Где нас с тобой никто бы не узнал.

Нам станет раем край обетованный,
Где мы вдвоём останемся в нём жить.
И мы с тобой погрузимся в нирвану:
Степной покой и неба синь - живую жизнь.



14. ***

Апрель. Жара - как в летний день.
И на асфальт ложится косо  тень
Людей, спешащих по своим орбитам.
Несу домой букет тюльпанов яркий.
Пылает он, как факел олимпийский, -
Привет с Чимганских гор неблизких.

15. ***

Лил дождь весенний  проливной,
Тебя мне, милый,  не хватало.
Хотелось быть вдвоём с тобой.
Для счастья надо очень мало.

Жизнь, как песочные часы,
Проходит мерно звездопадом.
Любуюсь на неё в тиши.
Что нам  ещё от жизни надо?

Но с глаз спадёт ночная тень.
Меня притянешь молча взглядом.
И дольше века длится день,
Когда мы вместе  с тобой  рядом.


Гухарик  (Гуарик)  Сарухановна Багдасарова (1951 г.р.)
Уроженка Ташкента. Поэт, журналист-искусствовед, выпускница факультета журналистики МГУ имени М.В. Ломоносова и факультета  теории и истории Ленинградского института  живописи, скульптуры, архитектуры имени И.Е. Репина. Работала старшим редактором Новосибирского областного радио и преподавала в вузовской системе РУ. Автор пяти книг поэзии, прозы, публицистики. С 2005 года активный участник  Ташкентского ЛТО «Данко» и постоянный участник ежегодной Всероссийской научно-практической конференции по журналистике в МГУ  имени М.В. Ломоносова. Является членом международной  редакционной коллегии альманаха и литературно-художественного портала  «Жарки Сибирские» (http://sib-zharki.ru/), сотрудничает с социальными сетями: «Культура. Уз»,  «Письма о Ташкенте», «ДСВАЛИЯ».
Дипломант международного фестиваля авторской песни и поэзии «Осенний аккорд-2013» в номинации «поэзия», Лауреат республиканского творческого  конкурса  журналистов от Посольства России и Российского центра науки и культуры Узбекистана в номинации «Мосты науки и культуры (узбекско-российское сотрудничество в научной и гуманитарной сферах) - 2013».