понедельник, 29 апреля 2019 г.

Яника Багрянская блистала на Y Международном фестивале оперного и балетного искусства «Тошкент Баҳори -2019»




С двадцатого апреля по пятое  мая 2019 года в Ташкенте на сцене Государственного академического Большого театра имени Алишера Навои проходит V Международный фестиваль оперного и балетного искусства «Тошкент Баҳори -2019». Организаторы: Министерство Культуры Республики Узбекистан, Фонд развития культуры и искусства при Министерстве Культуры Республики Узбекистан, Государственный академический Большой театр Узбекистана имени Алишера Навои, АО "Узбекнефтегаз" и «Клуб друзей» театра.


В программе фестиваля принимают участие как наши артисты оперы и балета, так и приглашённые гости: Лариса Костюк, солистка театра Геликон-опера (Россия), Эйюб Кулиев – дирижёр, народный артист Азербайджана (Баку); Аскар Абдразаков – бас, народный артист Башкортостана, солист Мариинского театра (Санкт-Петербург); Альфия Каримова - сопрано, заслуженная артистка Башкортостана, солистка Астана-Оперы (Казахстан);
Афаг Аббасова – сопрано, заслуженная артистка Азербайджана, солистка Азербайджанского Государственного театра оперы и балета; Иван Гынгазов - тенор, солист театра Геликон-опера (Россия); Анна Никулина - заслуженная артистка России, солистка балета Большого театра России; Руслан Скворцов - заслуженный артист России, солист Большого театра России; Балетная труппа Национального театра оперы, танца и драмы Китая (Пекин).
Приезжие участники фестиваля показывают своё высокое вокальное и танцевальное мастерство, но наши звёзды ничуть не блекнут на этом фоне. Высокое единодушное признание публики вновь получили: Малика Норматова в комичекой опере «Проделки Майсары» С. Юдакова; Рахим Мирзакамалов в опере «Трубадур» Дж. Верди; Джабраил Идрисов в опере «Искатели жемчуга» Ж. Бизе; Лятифе Абиева и Шукур Гафуров в опере Дж. Верди «Травиата»; Яника Багрянская в опере Дж. Верди «Аида».



Оперный спектакль  «Аида» в рамках фестиваля прошёл с аншлагом  21 04 19  на сцене ГАБТ и получил признание зрителей. Сюжет монументального шедевра Дж. Верди, поставленного Фирудином Сафаровым,  разворачивается в столице Древнего Египта – Мемфисе и рассказывает о временах противостояния египтян и эфиопов. В центре оперы оказывается история двух возлюбленных: эфиопской принцессы Аиды, которая теперь является рабыней при дворе фараона,  и Радамеса, начальника дворцовой стражи, назначенного полководцем. Несмотря на огромное и светлое чувство, вспыхнувшее между ними, им уготована печальная судьба. Ревнивая и мстительная дочь фараона Амнерис докладывает о сговоре между ними, и Радамеса заключают под стражу: ведь он пытался помочь и убежать с настоящими «врагами»  –  эфиопским царем Амонасро и его дочерью Аидой.
Заканчивается четырёхактная  опера весьма печально для всех героев – отец Аиды погибает при попытке бегства. Радамеса жрецы приговаривают к смертной казни в виде заточения в подземелье, а Амнерис остаётся только оплакивать свою любовь и винить во всём жестоких жрецов. Аида незаметно прокралась в склеп и три дня ждала там Радамеса, чтобы вместе со своим возлюбленным встретить смерть. В этом трагически-светлом финале - жизненная достоверность оперы. Заканчивается спектакль торжеством чувства долга и великой силой любви героев, которая не отступает ни перед какими испытаниями.
В шестой картине  четвёртого действия блистала Яника Багрянская (меццо-сопрано) -  разгневанная Амнерис,  дочь фараона, принцесса, влюбленная в Радамеса и не простившая ему  равнодушия к ней. Из чувства мести она возвращает Радамеса в темницу, обрекая его на верную гибель.  Последняя заключительная мизансцена психологически очень убедительна: рухнув в безнадежной молитве на каменные плиты храма, лежит в траурной одежде сражённая горем Амнерис.  
Критики отмечают, что Яника Багрянская способна передать накал самых сильных и сложных чувств большого диапазона. Яркий пример – Амнерис – колоритная и яркая, с переплетением противоречивых чувств, среди которых любовь оказывается выше ревности, обиды и мести. Однако в момент прозрения она уже ничего изменить не может. Багрянская с высоким мастерством раскрывает сменяющиеся чувства и настроения своей своенравной и страстной героини. И если в начале оперы египетская царевна предстаёт оскорблённой дочерью фараона, то в финале это уже страдающая и любящая женщина, отчаяние которой глубоко и естественно. Партия Амнерис сложна. Она требует от исполнительницы большого самообладания, чувства меры, актёрского мастерства. Багрянская всеми этими качествами наделена сполна в органичном сочетании с её природной музыкальностью и артистизмом.
Соответствует внешности Амнерис и голос певицы – яркий, сильный, имеющий множество оттенков – от лирического до трагического. Голос её героини сливался в терцете (музыкальная пьеса для трёх голосов) с Радамесом и Аидой из первой картины, потрясая зрителей совершенным вокально-сценическим образом; замечателен был и развёрнутый дуэт с Аидой из третьей картины. Яркие тембровые краски певица нашла для своей Амнерис в сцене «Судилище» в шестой картине, сумев подняться до высот подлинного трагизма: она молила о спасительной любви, которую отверг её возлюбленный,  непоколебимый Радамес.
         Критики признают, что ведущая солистка Большого театра Узбекистана, лауреат международных конкурсов,  Яника Багрянская, создала в этом спектакле образ Амнерис, который стал большой удачей как театра, так и певицы, обладающей ярким, сильным, имеющим множество оттенков голосом (меццо-сопрано).
         Вот что о себе рассказала Яника Багрянская. Музыка рано завладела душой Яники. По совету бабушки девочку рано отдали в музыкальную школу, занятия в которой шли параллельно с занятиями в образовательной школе и волейбольной секции. А потом судьба свела её с руководителем детской студии «Солнышко» Т.М. Игуновой, которая открыла для неё волшебный мир музыки – мир красоты и радостных переживаний.
Яника принимала активное участие в спектаклях ГАБТ имени А. Навои и даже побывала на фестивале в Москве. Она уже тогда начала «примерять» на себя профессию дирижёра хора или учителя музыки. На музыкальном факультете Педагогического института произошла её судьбоносная встреча с Л.Б. Негоденко. Она стала первым учителем по вокалу будущей певицы Яники Багрянской. Негоденко учила Янику не только правильному голосоведению, но помогала понимать и чувствовать музыку, поэзию, изучать историю создания написанных композиторами произведений. Вдумчивая и музыкальная ученица быстро усваивала уроки педагога, участвуя практически во всех вузовских концертах. Видя её успехи, Людмила Борисовна посоветовала девушке поступать после окончания института в консерваторию.
Однако Яника поначалу устроилась на работу в школу. Вскоре она поступает в Государственную консерваторию Узбекистана на факультет сольного пения и академической подготовки в класс С.А. Цой. Софья Анатольевна следила не только за техникой пения своей студентки, но учила её сценическому искусству. Выпускной экзамен по специальности Яника  сдала на отлично.


Дальше последовало приглашение в стажёрскую группу ГАБТ имени А. Навои. Со своим меццо-сопрано Багрянская пришлась ко двору. Театр стал хорошей школой для начинающей певицы: креп и выравнивался голос, накапливалось сценическое мастерство, обогащался и духовный мир. Сначала она спела Ольгу в «Евгении Онегине» и Полину в «Пиковой даме» П.Чайковского, потом Ульрику в «Бал-маскараде» Дж. Верди и Далилу в «Самсоне и Далиле» К.Сен-Санса. Ей посчастливилось блистать в партиях:  Кармен в одноимённой опере Ж. Бизе, Азучена в «Трубадуре» и Амнерис в «Аиде» Дж. Верди, Любаша в «Царской невесте» Н. Римского-Корсакова; «Ангела» в опере «Демон» А. Рубинштейна и многих других оперных постановках. С тех пор вся её жизнь проходит на сцене.
Мне очень повезло с окружением, – говорит Яника. – Я никогда не была одинокой, меня направляли в нужную сторону. Например, Фирудин Саттарович. В театре он больше, чем режиссёр. Он один из немногих, который умеет вчитаться в партитуру, раскрыть её богатства перед всеми участниками спектакля. Именно в партитуре он ищет свои убедительные постановочные решения. Как правило, на репетицию Сафаров приходит с четкой, до деталей продуманной режиссерской концепцией. От актёров он требует неукоснительного исполнения своих  указаний.          Работать с ним непросто. Но я принимаю все его пожелания, потому что всегда и везде для него на первом плане – музыка, которая звучит в оперном спектакле, где она должна сливаться в гармоническом единстве с драматическим действием и художественным оформлением. Именно этой гармонии Сафаров всегда и стремится добиться. Он внушает артистам, чтобы зритель нам верил, с нами плакал или смеялся, ненавидел или любил. И я с ним согласна. Артист должен уметь разбудить чужую душу. Иначе незачем идти на сцену.
Я безмерно благодарна Дильбар Гулямовне. После её ухода нашему театру, которому она беззаветно служила, её очень не хватает. Дирижёр должен чувствовать исполнителей. Не все чувствуют, а она чувствовала. Она была настоящей. Она вставала за пульт и делала своё дело. Причём, чётко знала, что делает. Она ничего не придумывала извне. Она требовала от солиста исполнять то, что написано в клавире. Абдурахманова была настоящим мастером.
Возгласы «Браво» для меня лучшая благодарность зрителей. Для каждого артиста  долгие аплодисменты зрителей  - это не только признание, это ещё огромная энергия, исходящая от публики, большая духовная сила, которая заставляет тебя ещё больше работать над собой и быть лучше.
За более двадцати лет на театральных подмостках Багрянская выступала на сцене в самых разных творческих амплуа, с увлечением исполняя как трагические, лирико-драматические, так характерные и возрастные роли. В них всегда подкупает правда образа, непосредственность переживания, а не техника исполнения, которая никогда не превращается в самоцель, а помогает ярче и точнее выразить тот или иной характер. Так, блистательно выступила певица в роли Азучены в опере «Трубадур», а созданный ею очень сложный драматический образ Любаши в «Царской невесте» слушатели считают одной из её лучших ролей.


В камерном репертуаре Багрянской звучат сочинения разных веков и стилей – оперные партии, вокальные циклы, романсы, народные и эстрадные песни. Она исполняет арии из кантат И.С. Баха, опер Г.Ф. Генделя, В.А. Моцарта. С удовольствием поёт певица романсы композиторов Узбекистана: Б. Гиенко, С. Юдакова, А. Вареласа, Ф. Янов-Яновского и других. Слушатели выражают свою любовь к ней бурными аплодисментами. Как говорит сама певица, «каждый романс – это маленький спектакль, это маленькая жизнь, кусочек которой мы вдруг успеваем увидеть».
В 2012 году за особый вклад в развитие и пропаганду отечественного искусства Яника Багрянская была удостоена ордена «Дустлик». В одном из интервью певица призналась: «Это не только моя награда, но и моего любимого коллектива, который всё это время был со мной на пути к ней. Он (коллектив) – мой советчик, моя поддержка и мой судья! Ну, а я буду продолжать работать и стремиться к новым рубежам».
В течение всей своей жизни певица следует одному принципу: «Идти вперёд и только вперёд!». Её коллеги убеждены, что в ближайшей перспективе Яника Багрянская за заслуги в отечественной культуре и многолетнюю плодотворную деятельность обязательно приблизится к счастливому финишу и получит высокое звание заслуженной артистки Узбекистана. Сайт «Культура.Уз» тоже присоединяется к этому искреннему коллективному пожеланию!


Гуарик Багдасарова

понедельник, 22 апреля 2019 г.

«Весна идёт, весне – дорогу!..»




«Весна идёт, весне – дорогу!..» — под таким призывным названием в
конференц-зале Ташкентской и Узбекистанской епархии 21 04 19 Православной церкви, по благословению Высокопреосвященнейшего Викентия, митрополита Ташкентского и Узбекистанского, главы Среднеазиатского митрополичьего округа, состоялся музыкально-поэтический вечер.
Автор проекта — режиссёр-постановщик ГАБТ имени А. Навои, поэт,
председатель ЛТО «Истоки», заслуженный деятель искусств Узбекистана
Андрей Слоним вот уже много лет, помимо своей профессиональной и
просветительской музыкальной деятельности на посту председателя Отдела по культуре «Сретенье» РПЦ, пытается объединить интеллигенцию под магическим знаком «Поэзия». Многим любителям художественной
стихотворной речи запомнился поэтический вечер в начале марта этого года с участием ташкентских поэтов в Национальной библиотеке Узбекистана им. А. Навои. Новая встреча в «Вербное воскресенье, по Православному календарю,  в епархии РПЦ поэтов различных творческих объединений Ташкента подарила радость новых открытий не только слушателям, но и самим участникам вечера.


С архипастырским благословением любителей поэзии выступил
митрополит Викентий. Он рассказал о значении Вербного воскресения для
всех верующих и мирян в преддверии Святой Пасхи. Этот день был
ознаменован входом Господним в Иерусалим в сопровождении множества
народа. Христос въехал в Иерусалим на осле, что символизировало его
кротость и миролюбие. Толпа приветствовала его как мессианского царя.
Христос всенародно показал, что можно быть Царём-Мессией, описанным
пророками, и в то же время оставаться чуждым земного владычества.
Царство же Господне – не земной Иерусалим, который будет разрушен, и не
Иудея, которую поработят, но Церковь, которую и «врата адовы не
одолеют». Как когда-то на земле обетованной - финиковые и пальмовые
ветви - в этот день освящается верба. Отсюда и народное название праздника – «Вербное воскресенье». Викентий пожелал всем присутствующим Божиего благословения в последние дни Страстной Седмицы и предстоящей Пасхи – «Светлого Воскресения Христова».
Около тридцати ташкентских поэтов в своих стихах прославляли
приход весны, делились своими сокровенными чувствами и переживаниями: радостями, сомнениями, ожиданиями. Очень важно, что в многообразии жанров и настроений прочитанных стихотворений органично сочеталось единение Земного и Небесного начал, неразрывность высокой духовности от общечеловеческих проблем жизни людей.
Андрей Слоним, помимо лирико-философских произведений «Апрель», «Плывёт корабль», «Затишье на исходе дня», «Всё это было», прочитал два остроиронических стихотворения из цикла «Полу-шутки». Особенно всем пришлась по душе «нравоучительная» саркастическая басня «Вот снова сказка – речка, два барана…» с традиционной, но в этом случае – остроумно-парадоксальной моралью в конце: «Наверное – не в этикете дело, а в том лишь что баран – во всём баран!»


Светлана Демидова дополнительно к своим детским и лирическим стихам прочитала религиозно-духовный поэтический цикл. Надежда Бондаренко откликнулась молниеносными стихами, полными душевного
переживания, на трагедию пожара, серьёзно повредившего главный
христианский собор Нотр-Дам в Париже. Евгения Абалян представила цикл лаконичных весенних экспромтов, полных оптимизма и житейской мудрости, а также прочитала своё посвящение Андрею Слониму. Александр Татаринцев получил одобрение публики премьерой своих новых эпических стихов с национально-этническим аспектом: «Чайхана» и «Собор Успения».
          Ольга Абишева покорила публику любовной лирикой, в которой, как и в её песнях, она смогла выразить свой душевный настрой любить без оглядки и до конца. Сергей Мартыненко посвятил свои трогательные стихи женщинам: «Как можно женщин не любить?». Армануш Маркарян, Олег Бордовский, Галина Зазулина читали стихи о весне и о своём желании любить и наслаждаться красотой природы в это особенное неповторимое время года.




Поэзия органично перешла в музыку, легла на ноты и зазвучала
особенно нежно в выступлениях Лии Заворотной, исполнившей песни на
стихи Александра Симонова, и Зафара Юсупова, спевшего под гитару свои
стихи о «седых мальчиках», не утративших способность в зрелом возрасте
удивляться и радоваться жизни. Валентина Показанец, помимо лирической
палитры своей поэзии («Прекрасен зимний лес весной»), внесла
патриотическую ноту в программу стихотворением «Предвестник».


Самые юные участницы вечера – сёстры Диана и Снежана Коган
школьного возраста — украсили программу стихами русского классика XIX
века Аполлона Фета («Верба пушистая») и их талантливой мамы – Надежды Одинцовой («Поговори со мною, ветер, о былом!...»). Автор этих строк поделилась своим весенним многогранным настроением в стихах: «Весенний ливень», «Вечсной каждый миг…», «Незаметно ночь бледнела», «Канун Светлого Христова Воскресения» и, к своей радости, получила тёплый отклик у публики.




     Алексей Кирдянов поблагодарил Андрея Слонима за его многолетнюю благородную, объединяющую разрозненных людей, миссию на основе всеобщей любви к поэзии и великолепную организацию музыкально-поэтического вечера, в котором главную первую скрипку играла поэзия, что не так уж часто встречается на ташкентских вечерах подобного рода. Известный ташкентский поэт, член Союза российских писателей, поделился в своих лёгких, освежающих, как весенний дождь, стихах размышлениями о различных примечательных гранях весны, любви и мужской дружбы.


Андрей Слоним в заключение поэтического вечера прочитал
своеобразным эпилогом свои жизненно важные, программные стихи: «А
дождь всё шёл и шёл куда-то...», «Я не могу войти в свой храм...»,
«Ташкентским курантам», «Пусть будет Добро!..». В них в стиховой форме
была раскрыта вечная борьба Любви и Равнодушия, Добра и Зла, Света и
Тьмы, прогресса и консерватизма, просветительства и ханжества – и суть
многих других противоречий нашего времени.


Весенний вечер поэзии, впервые включивший в себя авторские песни,
украсившие программу, уже стал своеобразным ежегодным творческим
отчётом поэтов Ташкента. В нём приняли участие представители всех
поэтических поколений и направлений в живом литературном процессе.
Вечер в епархии РПЦ таким образом дал известное представление о
сегодняшнем развитии нашей поэзии, о преемственности живых её традиций, богатстве и многообразии духовного мира наших современников, чувстве Родины и любви к пробуждающейся родной природе, вечного значения и могущества любви и дружбы – всего того, без чего невозможны наша жизнь и наше духовное развитие.

Гуарик Багдасарова

Фото: Михаил Левкович

суббота, 13 апреля 2019 г.

Премьера балета «Баядерка» в Большом театре Узбекистана вызвала всеобщий восторг публики

         
В одной телевизионной передаче на  телеканале «Культура»  (12 04 19) Илзе Лиепа рассказала о том, что  их отец, выдающийся танцовщик, звезда советского балета,  балетмейстер, народный артист СССР Марис-Рудольф Лиепа был в профессиональном отношении особенно требователен к сыну Андрису, он всегда говорил: «Надо либо быть премьером – либо никем!»

вторник, 9 апреля 2019 г.

Продолжение бенефиса Андрея Слонима и многое другое в музее Сулеймана Юдакова



В минувшее воскресенье – 07 04 19 – в мемориальной квартире
Сулеймана Юдакова по приглашению общественного директора и
руководителя творческого объединения «Майсара» Бориса Бабаева за
большим столом собрались любители литературы и искусства. В центре
стола аппетитно исходил паром свежеприготовленный сумаляк — символ
весны и возрождения жизни. В больших и маленьких чайниках был заварен
чёрный и зелёный чаи на все вкусы и к нему поданы восточные сладости.
В гостях у «Майсары» в этот раз побывал заслуженный деятель искусств Узбекистана Андрей Евсеевич Слоним со своей супругой —
концертмейстером Людмилой Васильевной. Совсем недавно они побывали в Москве, где провели два музыкально-поэтических вечера, посвященных 119-летию со дня рождения великого певца ХХ века Ивана Семеновича
Козловского под закономерным названием "Пусть будет добро" — это был
девиз всей жизни русского певца, который часто встречается в его дневниках как мантра, как пожелание собратьям по жизни.


Вот что рассказал об этом значительном культурном событии А.Е.
Слоним:
В Москве, в самом деле, получились два необыкновенных мартовских вечера. Основной из них состоялся в знаменитом «Доме Ермоловой» — историческом трехэтажном особняке на Тверском бульваре, в самом центре Москвы. За окном огни и суетливо спешащие прохожие, а в Белом зале уютного Дома-музея М.Н. Ермоловой — настоящий музыкальный салон, улыбки, доброжелательность и бессмертная музыка. Чайковский, Рахманинов, Глинка, Свиридов, Римский-Корсаков – любимые романсы великого певца Ивана Семеновича, блистательно исполненные им – их обойти нашим вниманием было невозможно.
Наша добрая и тёплая дружба с Иваном Семеновичем Козловским
продолжалась в течение последних пятнадцати лет его жизни.
Сформировавшие свои души и творчество на неповторимом искусстве
Певца, мы с Людмилой Васильевной воспринимаем эти годы и эти
незабываемые встречи как некий дар судьбы. И в творчестве, и в жизни
Иван Семенович был и оставался не только великим творцом, но и
философом, глубоко вникающим в глубины тайн Бытия и человеческого
духа. Таким он был  в замечательных, доверительных беседах – мудрым,
парадоксальным, но не менторски-наставляющим, а – вдумывающимся в
причины и следствия жизненных перипетий. Глубоко верующий человек, он
был душой обращен к высотам духа и пронёс этот Свет через всю свою жизнь.
Он был человеком не только истинно ДОБРЫМ, но и наделённым
поразительной смелостью. Об этом свидетельствовали многие его
поступки, которые были направлены на восстановление справедливости и
совершаемые решительно и без опасений за свою судьбу. В частности, в
суровые и противоречивые тридцатые и сороковые годы прошлого века он отважно отстоял возращение на концертную и камерную сцену великих произведений С.В.Рахманинова, которые из-за эмиграции композитора были запрещены.
Иван Семёнович защитил от разрушения многие храмы, в частности –  знаменитый храм на Брюсовом переулке, в ста метрах от его дома, где он был прихожанином, где часто пел и откуда был препровождён в свой
последний путь... Как не вспомнить о том, что Козловский личной
инициативой много раз добивался присуждения высоких званий тем из своих коллег, кто ими был незаслуженно недооценен, обделён…
Призыв великого Певца «Пусть будет Добро!» пронизывал всё его творчество, это было одним из его излюбленных пожеланий коллегам и собратьям по творчеству, друзьям – и людям России – да и всей Земли. И тёплые дружеские творческие связи с семьей И.С.Козловского – в частности, с его внучкой  Анной Юрьевной Козловской-Тельновой Андрей Евсеевич хранит и сегодня – они являются залогом  уже осуществлённых  и задуманных на будущее новых проектов светлой памяти Певца.
Глубоко символично, что по замыслу автора проекта основной вечер
его цикла-диптиха концертов памяти Певца проводился в Доме-музее
великой русской актрисы Марии Николаевны Ермоловой. В её
замечательном доме-особняке на Тверском бульваре более века трепетно
жил и живет сегодня истинный центр высокого Творчества. Да, этот дом
знал многих истинно великих деятелей искусств. Здесь бывали и
Станиславский, и Чехов, здесь звучали голоса Шаляпина, Собинова, многих
других их ярчайших собратьев, здесь бывали великие таланты России. И,
конечно же – здесь много раз бывал и пел сам Иван Семёнович.
Всё в этом доме живёт светлой аурой великого творчества,
атмосфера «Дома Ермоловой» хранит высокую одухотворённость и
устремление к возвышенному служению искусству. Во время репетиций программы доброжелательные служащие организовали для Слонимов  экскурсию по музею. Она произвела сильное впечатление на наших мэтров.
— Мы заглянули в грим-уборную Марии Николаевны Ермоловой, какой она была в Малом театре. Здесь сохранили многие костюмы выдающейся актрисы. В одном уголке личного кабинета мы увидели костюм героини самой любимой роли Марии Николаевны — легендарной Жанны Д"Арк.  Желтая гостиная, столовая, кабинет мужа, спальня, Зеленая гостиная... Жизнь и эпоха... На стенах картины с видами любимой Москвы. И – замечательный утончённый Белый Зал – настоящий музыкальный салон, в
котором и сейчас регулярно звучат голоса певцов, драматических актёров,
звучит Музыка... Этот зал сам по себе пробуждал вдохновение и
трепетность души. С первых наших репетиций в этом зале – и конечно, на
самом концерте-композиции — нас окружала некая особенная аура, впитавшая в себя излучение  душ великих талантов. А наш подбор
произведений и имён молодых участников  – учеников замечательных певцов и педагогов, народных артистов России, профессоров Галины Алексеевны Писаренко и Анатолия Александровича Лошака – интересно и своеобразно раскрыл понимание современными исполнителями произведений, столь любимых и часто исполняемых Иваном Семёновичем...


Для ташкентцев важно было узнать, как приняли москвичи и гости
Первопрестольной концерт в Белом зале Дома-музея М. Ермоловой,
подготовленный автором композиции, режиссёром и ведущим вечера -
заслуженным деятелем искусств Узбекистана, режиссером ГАБТ им. Навои
— Андреем Слонимом. В концерте приняли участие российские артисты,
молодые и талантливые певцы: Мария Шувалова, Кирилл Комаров, Фёдор
Сидяков, Олег Куликов, Амра Барганджиа, Ирина Котова, Илья Ткач, с
которыми пришлось изрядно поработать А. Слониму и концертмейстеру
Людмиле Слоним, добиваясь наиболее полного раскрытия драматургии
каждого номера. Среди участников были лауреаты, дипломанты и совсем
юные исполнители.
Каждый из них, по рассказу Слонимов, был интересен, выразителен и
раскрыл своё, сегодняшнее, понимание великих любимых шедевров из репертуара И.С.Козловского. Был и сюрприз – первое исполнение в Москве цикла из двух романсов композитора Людмилы Слоним на стихи О. Мандельштама – «Элегия» и «Ностальгия». Пронизанные духом Серебряного века, они были проникновенно исполнены Марией Шуваловой в тонком ансамбле с автором. И публика, заполнившая Белый зал – а в ее числе было много представителей настоящей московской элиты – горячо и с большим энтузиазмом приняла этот вечер.  Гости после окончания программы долго не хотели расходиться, благодарили  автора композиции и участников вечера за особую утончённость исполнения, за необычность стиля ведения вечера, за интересные факты из жизни Певца, за тепло и доверительность повествования, и отдельно особенно — за высокий стиль русской литературной речи, к сожалению, нередко утраченный даже в центре России.
Андрей Слоним в ходе своих задушевных преамбул к каждому номеру
читал в московских концертах и свои стихи, посвящённые Певцу, которые
были включены в программу: "Зовущий к свету", «Пусть будет добро». Он
прочитал эти стихи и собравшимся соотечественникам в музее С. Юдакова.
Рассказал Андрей Евсеевич и о своей многолетней дружбе с народной
артисткой, профессором Московской Государственной консерватории Г.А.
Писаренко, чьи талантливые ученики приняли участие в концерте. Андрей
Слоним напомнил, что годом раньше в конференц-зале Ташкентской и
Узбекистанской епархии РПЦ с аншлагом прошёл запомнившийся многим
одноимённый вечер, посвящённый личности и творчеству великого певца –
Ивана Семёновича Козловского. Вспомнили также замечательный вечер в ГАБТ имени А. Навои под руководством Андрея Евсеевича и при участии всех ведущих узбекистанских певцов в марте 2010 года, посвященном 110-
летию Певца – ташкентские зрители до сих пор хранят самые тёплые
воспоминания об этом событии.
Андрей Евсеевич также рассказал, что накануне музыкально-поэтического вечера в Доме-музее М.Н.  Ермоловой, за два дня до
него,  в актовом зале Приходского дома знаменитого храма Вознесения
Словущего на Брюсовом переулке состоялся другой концерт-композиция под тем же названием. Но в этом вечере участвовали другие певцы – певчий
храма Илья Соколов, солист региональных театров Михаил Дядиченко,
диакон храма Владислав Соколов. И что особенно примечательно – правнучка Ивана Семеновича – София Проскурякова — проникновенно исполнила несколько любимых произведений Певца и в ансамбле, и в сольном исполнении. Этот вечер по настроению, камерности звучания был несколько иным: публика высоко оценила его своеобразную программу и
интонацию. Присутствовавшая среди многочисленной публики Тамара
Денисовна Малахова, более сорока лет служившая личным секретарём
И.С. Козловского – высоко оценила духовный  уровень этого вечера, своеобразие его композиции,  доверительность общения певцов и ведущего со зрителем.
Очень важно, что этот проект Андрея Евсеевича в Москве, посвящённый искусству и памяти великого Певца – стал уже четвёртым по счёту: три предыдущих вечера успешно прошли в столице России на сцене Центрального Дома работников искусств. Уже четырежды
далеко за пределами Узбекистана – на фестивале Царские дни» в
Екатеринбурге — группы разных ведущих солистов ГАБТ имени А. Навои под руководством Андрея Евсеевича и Людмилы Васильевны встречали  горячий приём жителей столицы Урала. А в декабре минувшего года победоносно участвовали в Санкт-Петербурге на фестивале памяти митрополита Серафима (Чичагова) – откуда привезли две первые премии и горячее одобрение петербургской общественности.



Отголосок  российских музыкально-поэтических вечеров через эмоциональный  рассказ А.Е. Слонима и  яркие дополнения Людмилы Васильевны к нему органично влился в домашнюю атмосферу  откровенной беседы за столом ташкентской творческой интеллигенции с их привычным непринуждённым обменом мнений,  личными воспоминаниями, новыми  задумками и идеями. В этот уютный весенний вечер собравшиеся почитатели музыкального наследия Сулеймана Юдакова пришли к выводу о необходимости возрождения интереса слушателей к высокой классике. В наши дни  незабвенная классика с небывалым трудом, но всё-таки  пробивается сквозь коммерческий тлетворный дух массового искусства. Она снова набирает обороты, привлекает к себе  богатейшим разнообразием не только старшее поколение, но и нашу молодёжь, в недавнем прошлом почти утратившую вкус не только к бессмертному русскому романсу, но и ко множеству иных музыкальных и театральных жанров высокого классического искусства.
Директор мемориальной квартиры Сулеймана Юдакова Борис Бабаев
поблагодарил Андрея Евсеевича за интересный рассказ об истинно
великом певце, рыцаре Света и Добра. И, конечно же, — Андрея Евсеевича тепло и единодушно благодарили в этот день за его важную многолетнюю миссию истинного пропагандиста красоты классического искусства не только в нашей стране, но и за рубежом. Участники встречи от всей
души выразили Андрею Евсеевичу и Людмиле Васильевне глубокую
признательность за их многогранное творчество и просветительский порыв.
Юрий Черногаев:
         — Я не литератор, но хочу сказать о вашей поэзии. Когда Вы прочитали здесь свои стихи, первое стихотворение у меня ассоциировалось с  Александром Пушкиным, а второе стихотворение было уже совершенно другое: это был в моём восприятии Роберт Рождественский. Я за всю жизнь не сотворил ни одной рифмы: как это совмещается в одном человеке писать совершенно по-разному  -  для меня загадка — действительно, это Божия искра…
      Валерий Бирюков:
         —  Просветительская  деятельность Андрея Евсеевича вызывает у  всех и у меня лично большое уважение. То, что успевают делать, кроме службы в Большом театре, Андрей Евсеевич и Людмила Васильевна Слонимы на общественных началах, включая ежемесячные благотворительные музыкально-поэтические вечера в  Ташкентской и Узбекистанской епархии Православной церкви  – это уникальная вещь. Я присутствовал на последних ваших премьерных спектаклях и на вашем бенефисном концерте в ГАБТе  - низкий Вам поклон за вашу многогранную деятельность. Трудно было себе представить, но это факт, что наши  деятели культуры  мало того, здесь нашу публику просвещают, но ещё везут свои концертные программы в Екатеринбург, Санкт-Петербург и в Москву – центры российской  и мировой культурной жизни. Как Вы всё успеваете на фоне вашей основной работы? Пока на свете будут жить и служить искусству такие люди, как Вы с Людмилой Васильевной, — русская культура будет оставаться, развиваться и сохранять статус ведущей культуры в мире.
          Адель Чилякова:
         — Без Андрея Евсеевича Слонима мы себе не только не представляем  ГАБТ имени  А. Навои, но и, вообще, культуру Узбекистана.  Давайте вспомним, что сказал в своей поздравительной речи руководитель  Российского центра науки и культуры Виктор Николаевич Шулика  на юбилейном бенефисном концерте Андрея Слонима в честь его 70-летия в Большом театре Узбекистана: он назвал его «самым культурным человеком Узбекистана». Я бы хотела, чтобы эти слова были написаны на вашей визитке…
Очень значительно, что в наш век  массового потребительского искусства Вы воспитываете, прежде всего, молодёжь, в духе высоких гуманных идеалов. А.С. Пушкин в своё время призывал предлагать народу  идеалы, а не мещанскую пошлость. Я хочу от имени всех собравшихся поблагодарить Вас за то, что Вы не боитесь оставаться возвышенным, верующим и преподносить своё искусство на высоком профессиональном уровне  и вдохновлять нас на этот подвиг служения искусству. Спасибо!..
Фарида  Бобрик:
— Я присоединяюсь к мнению Адель Абдурахмановны. Мы счастливы, что в нашем Большом театре есть такой человек как Вы. Благодаря Вам сохраняется высокая профессиональная и эстетическая планка нашего театра оперы и балета. Мы смело идём на премьерные спектакли и не боимся увидеть там  какое-нибудь убожество в угоду низкопотребному  вкусу масс, как это бывало со мной в Европе. Мы счастливы и желаем Вам, чтобы Вы свою творческую жизнь продолжили как можно дольше. Спасибо и вашей супруге и  прекрасной Музе за то, что она всегда с вами рядом и благодаря ей Вы имеете такую прекрасную физическую и творческую форму.
          К этому общественному мнению добавил свой голос патриарх  культуры и искусства Узбекистана Анатолий Ершов:

— Я присоединяюсь к общему мнению и желаю Вам без устали  творить дальше!
Интересно и важно, что встреча на этом не завершилась. Детская
писательница, автор 25 книг, в том числе около 50 сказок, Лариса Юсупова
рассказала о презентации её новой книги рассказов в средней школе на
Каракамыше-2. Дети свои добрые пожелания и отзывы о книге и творчестве любимой писательницы собрали в разноцветных конвертах и вручили презентанту. Эти добрые и бесхитростные слова, несмотря на значительное количество грамматических ошибок в них,  — покорили сердце прозаика.


Мне было особенно приятно получить в подарок книгу с автографом:
«Подруге моего босоногого детства Гухарик Багдасаровой от автора». И
подумалось, что в этих заметках вполне уместно упомянуть  о нашей давней дружбе с Ларисой. Действительно, мы жили по соседству на Госпиталке на Рыночном тупике и дружили. Эта дружба много значила для нас. Дело в том, что маленькая худышка Лариса, по неясным причинам, достаточно непросто общалась с ребятами нашей махалли. Девочка если выходила гулять, то осторожно ходила возле своей калитки, чтобы можно было, в случае угрозы со стороны  местных пацанов, тотчас забежать к себе домой.
В их дворе жили три семьи – бабушка армянка с внуком, большая русская семья и бухарская еврейская семья из трёх человек: маленькая Лариса, её мама Берта, врач по профессии, и древняя седоголовая бабушка, чьё имя я даже не знала. Эта старая бабушка почти никогда не выходила из своей комнаты во двор, а мы, напротив, всё время с Ларисой играли во дворе, смотрели диафильмы в большом количестве, читали детские книжки, играли в куклы и обменивались фантиками от конфет.
Детство Ларисы отнюдь не было безоблачным, отношения пухлой русской соседки Веры и худой горделивой Берты были, мягко говоря, весьма непростыми, почти враждебными. Больше всех мне было жалко Ларису, детство которой вынужденно вобрало в себя все эти перипетии  сложных взаимоотношений. Нередко бывает так, что повзрослев, такие люди выносят из непростого детства не менее противоречивое и далеко не всегда доброе отношение к миру и людям. Но, как и в любимой всеми истории великого датского сказочника Ганса Христиана Андерсена о «Гадком Утенке» - Лариса вошла во взрослую жизнь настоящей красавицей-лебёдушкой: мало того, что умница, талантливая, но ещё добрая, любящая детей и умеющая мудро прощать им все их заблуждения. Таковы и её герои книги рассказов «Мой белый ангел» и «Иноверка».
Приветствуя А.Е. Слонима, Лариса призналась, что её восхищает в
нём: «Мечтать хорошо, но уметь воплощать свои мечты в добрые дела – ещё
лучше». «Мечтаю, буду, хочу и стану», — так сформулировала когда-то для
себя творческий девиз детская писательница и поэтесса Лариса Юсупова,
который ведёт её по жизни уже много лет. В этом она оказалась солидарна со всеми другими гостями творческой встречи и с хозяином дома Сулейманом Юдаковым, глядевшим благосклонно с парадного портрета на стене гостиной и благословляющим всех делать добро, как Иван Семенович Козловский.
         Известно, что крупнейший мастер узбекской музыки второй половины ХХ века славился своим умением постоянно и по-доброму шутить, без сомнения,  он был художником оптимистической музы. Он мог не только врачевать раны, но и вскрывать «нарывы», ему с одинаковым успехом открывались и секреты тонкой лирики – и блестящая сатира. Пожалуй, впервые в музыкальной культуре Узбекистана сатира стала основой драматургии музыкального спектакля – постановок в ГАБТ им. А. Навои  знаменитой оперы «Проделки Майсары» и комедийного балета «Проделки Насреддина».


Время текло незаметно. В ходе дружеской непринуждённой беседы
за круглым столом и долгим истинно добрым чаепитием в числе других
возникла идея создать миниатюрный театр, в котором были бы
задействованы присутствующие таланты: Андрей и Людмила Слонимы,
Борис Бабаев, Лариса Юсупова, Адель Чилякова, Фарида Бобрик и многие
другие гости. Возникло и немало иных, светлых и добрых замыслов, объединяющих людей. Их, право же, стоит воплотить в жизнь! Почему бы
и нет?.. Воистину:  «Пусть будет добро!»


Гуарик Багдасарова

суббота, 6 апреля 2019 г.

«Демон» на сцене ГАБТ им. А. Навои снова покорил любителей романтической оперы



         Первая премьера оперы «Демон» Антона Рубинштейна на сцене ГАБТ им. А. Навои состоялась в 1956 году. Последняя премьера на сцене ГАБТ состоялась 17 марта 2018 года и с тех пор  стоит ежемесячно в репертуаре Большого театра Узбекистана. Четвёртого апреля 2019 года  «Демон» в трёх действиях на либретто Павла Висковатова, по одноимённой поэме М. Ю. Лермонтова, в прочтении режиссёра-постановщика Мариинского театра, заслуженного деятеля искусств России, Иркина Габитова — вновь порадовал любителей романтической оперы.
Михаил Лермонтов работал над поэмой десять лет с 1829 по 1839 годы и посвятил её женщине, не дождавшейся и отвергнувшей его. Автор назвал поэму «Восточной повестью», перенеся действие на Кавказ и тем самым придав  былинным событиям некую реалистическую основу. В 1842 году в журнале «Отечественные записки» были опубликованы отрывки из поэмы. Первое полное издание произведения состоялось в Германии в 1856 году, в России — в 1860-м. «Демон» принадлежит к шедеврам не только лермонтовской, но и всей европейской романтической поэзии.

К созданию оперы «Демон» Антон Рубинштейн приступил в конце 1871 года. Либретто было написано известным в то время биографом и исследователем творчества М. Ю. Лермонтова П. А. Висковатовым (1842—1905). Увлеченный поэмой Рубинштейн писал оперу с лихорадочной быстротой. Она была закончена в три месяца и представлена в дирекцию Мариинского театра в Петербурге. Вслед за этим последовал трехлетний период ожидания постановки, и лишь 13 (25) января 1875 года опера увидела сцену. Она вызвала неоднозначную реакцию необычностью постановки и поэтического языка, высочайшим драматизмом содержания и романтическим накалом страстей в музыке.
         В поэме Лермонтова (1841) Рубинштейна привлёк романтически мятежный образ Демона. В опере он предстает как сильная, глубоко противоречивая натура. Воплощая этот сложный, многогранный образ, композитор подчеркнул его трагическую обречённость и одиночество. Образ Тамары в опере исполнен душевной чистоты. Композитор показывает его в развитии — от детской непосредственности и безмятежного покоя через смятение и душевную борьбу к любви, полной самоотречения.
 «Демон», — отмечают специалисты, — обладает ярко выраженными чертами лирико-драматической оперы. Внимание к душевной жизни героев, обрисовка действующих лиц в эмоционально напряженных ситуациях, подчиненное место картин быта и природы — таковы главные особенности этой оперы.
         В интродукции первой картины слышны свист ветра, громовые раскаты, на фоне их — хор духов. Постепенно грозный вихрь смолкает. Хор адских духов сменяется голосами ветерков, водяных струек и цветов, сливающимися в величавый гимн свету, миру и его творцу.


Уже в самом начале спектакля  после захватывающей интродукции  прозвучал дуэт двух ангелов в форме  антитезы. Резким контрастом вторгается монолог Демона «Проклятый мир», в котором слились скорбь, раздумье, гнев и отчаяние. Падший, давно отверженный, Демон (заслуженный артист Узбекистана Руслан Гафуров), сеявший повсюду зло без наслажденья, с центральной части сцены глубоким басом выражает свою позицию в этом мире  знаменитым монологом «Проклятый мир», в котором он выражает ко всему, что видит вокруг себя, своё горделивое  презрение или ненависть. Сзади зрителей, с высоты бельэтажа, высвеченный софитами, с белыми крыльями за спиной, чистым сопрано пел светлый ангел (Яника Багрянская): «Дух беспокойный, дух порочный, / Кто звал тебя во тьме полночной?..». Дважды встававший на защиту Тамары и добра в целом, увы, в финале «И Ангел грустными очами / на жертву бедную взглянул / И медленно, взмахнув крылами, / В эфире неба потонул».
Во второй картине чарует своей безыскуственной простотой и грацией хор девушек: «Ходим мы к Арагве светлой». К их голосам присоединяется голос Тамары, её колоратурные пассажи лиричны и обаятельно непосредственны. Настроение безоблачного веселья нарушается страстными признаниями Демона; в волнующей мелодии его ариозо «Дитя, в объятиях твоих» слышится восхищение и властный призыв.
Вторая картина — драматическая кульминация оперы — целиком камерна. Составляющие её дуэты и ариозо сливаются в едином потоке музыкального развития. Горделиво ариозо Демона: «Я тот, которому внимала». Глубоким волнением пронизан его монолог «О, если б ты могла понять». Небольшое ариозо Тамары «Кто б ни был ты, мой друг печальный», проникнутое чувством сострадания, звучит как мольба. За возбуждённой, экстатически-приподнятой клятвой Демона «Клянусь я первым днем творенья» следует краткий любовный дуэт. Динамичный, эмоционально напряженный финал передает растущее смятение Тамары и отчаянье побеждённого Демона. Опера завершается просветлённым хором ангелов в исполнении артистов хора и детской оперно-балетной студии.


Оригинальность  постановки на сцене ГАБТ выразилась, прежде всего, в использовании всех возможных мультимедийных средств, что значительно усилило эффект её восприятия зрителями. В сценографии были задействованы своеобразные видеозаставки на экране с иллюстрациями Михаила Врубеля к самой загадочной поэме М. Лермонтова. В постановке было талантливо обыграно пространство зрительного зала с его прекрасной акустикой и  высоким потолком, бельэтажем, с которого звучал хор добрых духов, как будто с недостижимых небесных высот. Демон  — «Печальный демон, дух изгнанья, / летал над грешною землёй» —  чёрной птицей словно летал над Кавказскими горами «во мраке полночи глубокой». Он неожиданно появлялся на сцене не из-за кулис, а из преисподней в дымовой завесе: «Свободный путь пересекая,/ Взвился из бездны адский дух…», а то вдруг оказывался высоко на балконе. Оттуда Демон напевал Тамаре (Гульнар Альджанова),  милой дочери князя Гудала (заслуженный артист Узбекистана Кирилл Борчанинов)  свои соблазнительные речи, в которых он ей обещал вечное царствование на земле и во всей вселенной. В этих душераздирающих повторяющихся ариозо  было столько страсти и одновременно покаяния в своих прошлых грехах, и обещание светлого чистого будущего: «Тебя я, вольный сын эфира, / возьму в надзвёздные края; /  И будешь ты царицей мира, / подруга первая моя…».


Бедная Тамара, чьё сердце было недоступно восторгам чистым, сокрушённая горем, недавно, в канун свадьбы, потерявшая своего жениха князя Синодала (Абдулла Ширинов), безжалостно поверженного злым  эгоистичным Демоном, не устояла перед  греховным искусителем и чудной нежностью его речей: «Он был могущ, как вихорь шумный, / Блистал, как молнии струя, / И гордо в дерзости безумной / Он говорит: «Она моя!». Их первый поцелуй стал последним для неё. От его ядовитого поцелуя она падает мёртвой: «Ценой жестокой искупила / Она сомнения свои… /  Она страдала и любила – / и рай открылся для любви».


Опера завершается апофеозом. Хор ангелов в финале повествует,  что Тамара свои сомнения искупила страданием и любовью, рай для неё открыт. Сонм ангелов забирает молодую княжну на небеса, в вечное блаженство. Её чистая измученная доверчивая и сострадательная душа, медленно поднимаясь по ступенькам, возносится ввысь в райские кущи. Демону нет прощения, он в ярости снова проклинает всё земное: «И проклял Демон побеждённый / мечты безумные свои, / И вновь остался он, надменный, / Один, как прежде, во вселенной / без упованья и любви!...»


         Особенный восторг у нашей публики вызвала исполнительница главной роли Тамары — Гульнар Альджанова. В образе Тамары всё было органично: особенный выразительный тембр голоса (колоратурное сопрано), гибкая пластика, утончённость фигуры. Восхищает  способность актрисы с полной отдачей перевоплощаться и передавать всю гамму женских чувств – от романтического восторга влюблённой девушки до убитой горем женщины, ищущей спасение в молитвах в далёком горном уединённом монастыре на Кавказских горах, но и там  обречённой на гибель.
Опера «Демон» — значительное явление в истории русской музыки. Встреченная сначала сдержанно, в дальнейшем она получила заслуженную оценку критики и публики, обойдя ведущие сцены мира. В опере сильно лирическое начало, в ней много красивых мелодий и арий («На воздушном океане», «Не плачь, дитя» и др.). Её стилистика во многом созвучна творчеству Чайковского. Однако заметные слабости (слащавость мелодики, несколько драматургически неудачных эпизодов) не позволили ей занять выдающееся место в русской культуре. Значительную роль в истории оперы сыграл Фёдор Шаляпин, исполнявший заглавную роль на протяжении многих лет.


Этот спектакль на сцене ГАБТ им. А. Навои не все восприняли однозначно: наши зрители предпочитают  счастливый конец, как в премьерной опере «Иоланта» П.И. Чайковского в репертуаре ГАБТ. Но те, кто проникся сердцем романтической красотой оперы А. Рубинштейна в прекрасном исполнении оркестра под руководством дирижёра  Ларисы Габитовой; слаженным ансамблем всех без исключения исполнителей; выразительной сценографией художника-постановщика – Даврона Раджабова, где не было ничего лишнего и всё соответствовало времени и месту действия на Кавказе, – эти благодарные зрители отдельно, стоя, аплодировали оркестру ГАБТ и долго под занавес приветствовали артистов, не отпуская их с авансцены и  даря им весенние букеты цветов.


Гуарик Багдасарова

среда, 3 апреля 2019 г.

Премьера оперы «Иоланта» П.И. Чайковского в Большом театре Узбекистана



         Государственный академический Большой театр имени А. Навои в эти весенние дни начинается не с банальной вешалки в пустом гардеробе, а с моря цветущих горных тюльпанов всех оттенков радуги на  театральной площади перед главным входом в главный храм искусств узбекской столицы. 

Молодёжь замирала возле каждой клумбы и делала селфи (self ) прежде, чем слиться с  основным потоком  прохожих,  продвигающихся к Большому театру с  заветной целью – увидеть вторую премьеру  оперы П.И.Чайковского "Иоланта" в новом прочтении режиссёра-постановщика, народного артиста Узбекистана и Азербайджана Фирудина Сафарова.


         В фойе поклонников оперного искусства ожидал новый сюрприз, приуроченный к Всемирному  дню театра  —  27 марта — уникальная выставка истории ГАБТ им. А. Навои в документальных фотографиях, костюмах, эскизах декораций и произведениях театрально-декорационного искусства. Здесь на уникальных фото можно было увидеть  созвездие мастеров оперной и балетной сцены: народная артистка СССР Галия Измайлова (1940-ые гг.); народная артистка СССР Валентина Проскурина в балете Т. Мушеля «Кашмирская легенда» (1960-ые гг.);  Сасон Беньяминов в роли Фигаро в опере «Севильский цирюльник» Д. Россини (1960-е гг.) и многие другие.  

Изящные эскизы декораций народного художника Узбекистана Мели Мусаева к музыкальной драме «Шерали», опере Т. Садыкова, Р. Глиэра «Лейли и Меджнун» конца 40-х годов ХХ века  без слов повествуют о том, что художники не делали скидок на трудности послевоенных лет. Напротив, то эстетическое наслаждение, которое неизменно сопутствует восприятию классических опер и балетных постановок, быть может, как никогда ранее, стало особенно важным в решении художественного образа спектаклей.

Внимание многих посетителей театральной выставки привлекли  вышивки шёлком «Павлины» и «Белые лилии» молодого декоратора-художника Наргизы Темиргалиевой, выпускницы Национального института художеств и дизайна имени К. Бехзада, успешно оформляющей сейчас спектакль «Баядерка» и другие постановки из репертуара ГАБТ им. А. Навои.


         В целом, выставка демонстрирует преемственность лучших  мировых художественных традиций, которых придерживается ГАБТ им. А. Навои в  настоящее время. Под впечатлением натуральных на природе и условных рукотворных декораций  театралы входили в зрительный зал спокойно, без ажиотажа, пережитого в Дни открытых дверей, рассаживались на своих местах, в соответствии с приобретёнными в кассе билетами и приглашениями и ждали  чуда от новой премьеры.
Первый премьерный спектакль состоялся 16 марта, второй  — 31 марта 2019 года.


         Лирическая опера «Иоланта» в двух действиях на либретто брата композитора М.И. Чайковского относится к жанру  лирической музыкальной  драмы. Она была создана в 1891 году с июля по сентябрь и стала последней оперой композитора: «Я напишу такую оперу, что все будут плакать» — говорил великий русский композитор, работая над своим произведением. Это ему, действительно, удалось. Правда, слёзы у зрителей появляются от счастья и радости за героев. Опера «Иоланта»  по праву считается наиболее радужным и безмятежным сочинением П.И. Чайковского.  Она создавалась по поэтической драме Генриха Герца  «Дочь короля Рене», переведённой Ф. Миллером и переделанной позднее  В.Р. Зотовым. Да, действительно, первое действие оперы вызывает слёзы отчаяния, а «hаpрy end» — полное  моральное удовлетворение. Музыка П.И.Чайковского насквозь оптимистична и эмоциональна, трогает за душу с первых тревожных аккордов увертюры до ободряющей победоносной коды в финале спектакля.
         Присутствие в сюжете двух цветков красного и белого цвета многие историки считают не случайным. Во времена написания драмы Г. Герца зарождалось противоборство партий Красной и Белой розы, которое переросло позже в кровопролитную войну. Но если погрузиться в размышления более глубокого смысла, то можно сопоставить эти два цветка  с философско-этической концепцией прозрения, о которой ведает в своем монологе "Два мира"  заморский лекарь Эбн-Хакиа – один из ведущих персонажей оперного спектакля.


Опера открывается интродукцией, порученной исключительно духовым инструментам. Такая инструментовка вызвала недоумение у современников композитора, которые, несомненно, имели право высказываться на этот счет, например Н.А. Римский-Корсаков. Он писал в «Летописи моей музыкальной жизни»: «Оркестровка «на этот раз сделана Чайковским как-то шиворот-навыворот: музыка, пригодная для струнных, поручена духовым, и наоборот, отчего она звучит иной раз даже фантастично в совершенно неподходящих для этого местах (например, вступление, написанное почему-то для одних духовых)».
Когда занавес поднимается, взору зрителя открываются королевские владения в Провансе. Красивый сад с роскошной растительностью; павильон в готическом стиле; в глубине сада — стена с маленькой входной дверью, почти скрытой растениями; кусты цветущих роз; плодовые деревья. Четыре музыканта играют. Иоланта собирает плоды, ощупью находя их на деревьях. Бригитта, Лаура и несколько прислужниц подставляют ей ветви со спелыми плодами. Марта держит корзину, куда Иоланта кладёт их. Её движения становятся медленны, и наконец, понуря голову, она опускает руки. Такой идеальной видится  первая картина, дорисованная воображением зрителей.
         Режиссёр-постановщик – народный артист Узбекистана и Азербайджана Фирудин Сафаров — рискнул, может быть, впервые довести сценографию спектакля до аскетизма. Готические строения замка заменяют геометрические лёгкие конструкции  зелёного цвета. Костюмы женского персонала более-менее соответствуют времени действия: XV веку. Безликая декорация в целом никак не обозначает, что место действия в горах Южной Франции.
Художник по костюмам — Лобар Палванова — представила Водемона (тенор), графа бургундского, рыцаря (Рустам Алимарданов) и его друга  Роберта (баритон), герцога Бургундского (Насыр Юсупов)  одетыми  в современные спортивные костюмы. В связи с этим внешним видом и соответствующей фамильярной пластикой,  их дуэт в начале второго действия напоминает встречу двух закадычных приятелей на базаре  Чор-Су в «старом городе», тем более, что они оба поют с сильным национальным акцентом, особенно Насыр Юсупов.  Актёры не сразу входят в свои роли, нередко забывают текст, проглатывают слова и поют не в такт оркестру, что тоже мешает восприятию действия. Если в дуэте Рустам Алимарданов и Насыр Юсупов  выглядят неубедительно, то потом в сольных партиях они сполна берут свой реванш. Бурной жизнерадостностью насыщена страстная ария Роберта (Насыр Юсупов):  «Кто может сравниться с Матильдой моей?». Иным, мечтательным и поэтичным представляется Водемон (Рустам Алимарданов) в романсе: «Нет! Чары ласк красы мятежной».
         Трогательная история слепой дочери короля Рене — Иоланты (с этой главной ролью  прекрасно справляется Малика Норматова), — исцелившейся благодаря любви, заключает в себе большую гуманистическую мысль. Вечный мрак, в котором безмятежно и спокойно живёт не подозревающая о своем несчастье дочь короля Рене, становится символом душевной слепоты, являющейся для близких ей людей источником глубокого горя. Только любовь и сострадание зажигают в сердце Иоланты страстное желание увидеть мир, рождают готовность к самопожертвованию и мужество вынести муки, ценой которых она сможет прозреть.
Малика Норматова меняется психологически на протяжении развития действия, поэтому удерживает внимание и волнение зрителей за её судьбу. Материальное и идеальное пребывают в ней в нерасторжимом единстве. В печальном ариозо Иоланты «Отчего это прежде не знала…» задумчиво-созерцательное настроение героини сменяется страстным порывом.
Центральная сцена оперы — встреча Иоланты и Водемона — основана на свободном чередовании ариозных эпизодов. Они рисуют выразительные музыкальные портреты пылкого, взволнованного рыцаря и нежной, девически чистой Иоланты. Музыкальное развитие чутко передаёт благоговейный восторг, тревогу, взрыв отчаяния и сострадания Водемона, смущение, волнение и печаль Иоланты; большая сцена-дуэт завершается ликующе приподнятой мелодией ариозо Водемона «Чудный первенец творенья»; эта мелодия повторяется в следующем затем дуэте.
Образ Иоланты дан в движении и развитии, обогащаясь и приобретая новые черты в ходе действия. Молодая актриса Малика Норматова сумела в прозрении физическом показать прозрение духовное не только в голосе – великолепном сопрано, но и подвижной мимике озарённого любовью и своим исцелением счастливого лица, блеске открывшихся глаз. Зрители долго аплодировали певице, проникнутые сочувствием  и радостью за её выстраданное исцеление в конце действия.



Отца Иоланты великолепно играет заслуженный артист Узбекистана Кирилл Борчанинов (бас): только красный плащ на нём выдаёт его высокое  положение Короля  Прованса. Он пребывает в нетерпеливом ожидании: каков будет вердикт врача? Он поёт арию «Ужели роком осужден?». Ее суровая, скорбно-патетическая мелодия воплощает душевные страдания отца.
Ответа короля Эбн-Хакиа готов ждать до вечера этого дня. Он уходит. Но король полон решимости не раскрывать Иоланте тайну её недуга («Вход сюда ценою жизни купит, кто пожелает тайну ей открыть»). Король уходит с авансцены тяжёлой сумрачной походкой: актёр весь в образе даже в молчании, в фас, в профиль и со спины он  неотразим.
Мавританского врача  Эбн-Хакиа успешно исполняет  Ришат Решитов, обладающий звонким баритоном. Он выходит на сцену, в отличие от других мужских персонажей,  в ярком национальном облачении — в халате и с чалмой на голове: это, должно быть, дополнительно помогает ему перевоплотиться в  народного табиба. Монолог Эбн-Хакиа «Два мира», наделенный восточным колоритом, построен на едином могучем нарастании:

Два мира — плотский и духовный —
Во всех явленьях бытия
Нами разлучены условно,
Они едины, знаю я.
На свете нету впечатленья,
Что тело знало бы одно,
Как всё в природе, чувство зренья
Не только в нем заключено.
И прежде чем открыть для света
Мирские, смертные глаза,
Нам нужно, чтобы чувство это
Познать сумела и душа.
Когда появится сознанье
Великой истины в уме,
Тогда возможно, властитель мощный,
Да, тогда возможно, что желанье
Пробудит свет в её очах.

Остальные исполнители вполне органично чувствуют себя даже в рамках скупой сценографии и  необычной лаконичности новаторского музыкального языка оперы, шокировавшего в  своё время современников и критиков П.И. Чайковского, среди которых был композитор Н.А. Римский-Корсаков. Таковы прислужницы и подруги Иоланты, свита короля, войско герцога бургундского и оруженосцы. В этой массовке примечательна кормилица Иоланты — Рада Смирных. Её мощный и одновременно задушевный контральто  выделяется особым низким звучанием и в дуэте  с  воспитанницей, и  даже в хоре. Беспечной радостью проникнут грациозный хор девушек «Вот тебе лютики, вот васильки». Нежно и прозрачно звучит колыбельная, исполняемая терцетом женских голосов и хором в первом действии.
Наибольшей кульминации постановка достигает в заключительном  акте. Эбн-Хакиа вводит Иоланту. Она в повязке. По знаку врача все отступают в глубину сада. Становится совсем темно; только дальние вершины гор чуть освещены отблеском вечерней зари. На небе появляются звёзды. Эбн-Хакиа снимает повязку с глаз Иоланты. Иоланта поначалу испугана, она не узнаёт своего сада. «Смотри наверх, / Тебя не испугает небо», — говорит ей врач. Иоланта приходит в восторг от вида звёздного неба, она опускается на колени. Её взору постепенно открывается окружающий мир, она видит отца, узнаёт подруг и Водемона, который отныне будет ее защитником. Глубоко трогает своим лиризмом заключительная сцена, передающая душевный трепет прозревшей Иоланты; торжественно и благоговейно звучит ее обращение «О, купол неба лучезарный!». Восторженная мелодия подхватывается ансамблем и хором, завершая оперу ликующим гимном свету (главный хормейстер — народный артист Узбекистана Сулейман Шадманов).


В этой  сцене художник-постановщик — Даврон Раджабов —  находит удачное  решение —  надо всей декорацией восходит не звезда, а огромное солнце  золотистого цвета. Все славят свет, источник жизни.
Опера, в целом,  воспринимается как восторженный, лучезарный гимн любви, открывающей лучшие стороны человеческой души, несущей с собой свет познания, наслаждение красотой и счастье. Артисты выходят на поклон, и весь зал дружно встаёт и аплодирует, стоя,  всем исполнителям и, конечно, Маэстро  — Фирудину Сафарову и музыкальному руководителю и дирижёру – народной артистке Каракалпакстана Аиде Абдуллаевой.
Зрители уходили со спектакля поэтически одухотворённые, потому что, несмотря на мелкие  недостатки премьерного показа достаточно сложной лирической оперы «Иоланта», она покорила жителей и гостей узбекской столицы жизнеутверждающей верой в победу светлого начала, в душевные силы человека, стремящегося к правде и добру.


Гуарик Багдасарова