четверг, 24 мая 2012 г.


140-летие Ташкентской и Среднеазиатской епархии

Ташкентская и Туркестанская епархия  официально была основана и утверждена Указом российского императора Александром II от 4 мая 1871 г. Но кафедра правящего архиерея первоначально находилась не в Ташкенте, а в городе Верном (Алматы). Только в 1916 г. архиепископ Иннокентий (Пустынский) добился указа о переносе резиденции туркестанских архиереев в Ташкент.
Первым епископом Ташкентским и Туркестанским был назначен бывший настоятель Александрийского Свято-Троицкого собора в Санкт-Петербурге преосвященный Софония (Сокольский) – очень начитанный, образованный, много знающий человек, имеющий уважение в самых высоких кругах.
Епископ Софония приехал в Туркестан с глубокими знаниями ислама. Сохранились воспоминания о том, что он сумел сразу же поразить мусульманское духовенство, свободно общаясь с местным населением по-арабски. Выразительные и умные речи владыки произвели яркое впечатление на местных жителей. Недаром преосвященный Софония среди народа Туркестана заслужил уважительное и почтительное именование «домулло», что значит «наставник».
В 1936 г. заместитель Патриаршего Местоблюстителя  митрополит Сергий издал указ о разделении епархии. Титулом архиереев с кафедрой в Ташкенте стало наименование «Ташкентский и Среднеазиатский».
Двадцать седьмого  июля 2011 г.  в ходе состоявшегося в Свято-Успенской Киево-Печёрской лавре заседания  Священного синода Русской православной Церкви был рассмотрен вопрос об образовании Среднеазиатского митрополичьего округа в границах Киргизской  Республики, Республики Таджикистан, Туркменистана и Узбекистана. Главой митрополичьего округа, объединяющего Бишкекскую, Душанбинскую и Ташкентскую епархии, а также Патриаршее благочиние приходов Русской Православной Церкви в Туркменистане, определено быть Преосвященному  Ташкентскому и Узбекистанскому митрополиту.
В Академическом русском драматическом театре Узбекистана состоялся праздничный концерт, посвящённый 140-летию Ташкентской и Среднеазиатской (Туркестанской) епархии (05 12 11). Во время торжественной церемонии открытия праздника наряду с официальными представителями с приветственным словом и кратким докладом об истории Русской  Православной Церкви в Средней Азии выступил глава Среднеазиатского митрополичьего округа архипастырь Викентий.
«Сто сорок лет – славная и знаменательная дата, которая повествует о незабываемых страницах нашей истории, свидетельствует о повсеместном развитии и утверждении Святого православия, давшего плодородные всходы на дружелюбной среднеазиатской земле, - отметил митрополит Викентий. – Архипастырски приветствую и поздравляю всех с этим славным 140-летним юбилеем! Будем помнить о том, что Господь сторицей воздаст каждому человеку за его труды, за его ревностное служение Богу и ближним, основанное на милосердии, благочестии и самоотверженной христианской любви. Молитвенно призываю никогда не забывать событий и личностей славной истории нашей епархии, добрыми делами стремиться вписать ещё более яркие страницы в грандиозную летопись утверждения православия на благословенной Среднеазиатской земле».
Т. Моторнюк,  председатель Правления 
РКЦ Узбекистана, убеждена, что с первых дней независимости страны вопрос укрепления межрелигиозного и межкультурного согласия был определен руководством республики в качестве приоритетной задачи государственной политики. Благодаря такому подходу узбекское общество сегодня является уникальным примером культурного плюрализма и толерантности. Мир и спокойствие, гражданское согласие, религиозная терпимость, равноправное участие представителей различных культур в жизни общества - отличительная черта современного Узбекистана. Именно эти принципы легли в основу национальной политики, сформированной за годы независимости[1]. 
Доказательством этому послужил гала-концерт «На крыльях музыки и слова» из цикла: «Гармония живописи, музыки и слова», состоявшийся в Конференц-зале Ташкентской и Узбекистанской митрополии православной церкви (20 05 12)  по благословению главы Среднеазиатского митрополичьего округа, Ташкентского и Узбекистанского митрополита Викентия. Вели концерт авторы проекта отдела «Сретенье»: режиссёр-постановщик ГАБТА имени А. Навои Андрей Слоним и Иерей Алексий Назаров. Концерт был посвящён нескольким датам: пятилетию воссоединения восточной Русской православной церкви с западной, святым равноапостольным просветителям славян, создателям церковно-славянского алфавита на кириллице -  Кириллу и Мефодию[2] , 67 - ой весне Победы, предстоящему  дню рождения Пушкина (1799-1837) – 26 мая по старому стилю[3].  Программа концерта органично объединила песни и романсы разных времён.
 Открывала концерт ведущая солистка оперы ГАБТ имени  А. Навои, лауреат международных конкурсов Асмик Арутюнянц. Она исполнила   раннюю христианскую армянскую песню -  «Врата рая», заслужив бурю оваций в зале.
 Древнейшие песни  Армении до нас дошли, благодаря брюсовской «Антологии поэзии Армении (1916)[4] и частично сохранившимся записям  нот древних песнопений, собранных  композитором  Комитасом – Согомоном Согомоняном (1869-1935)[5], а также написанным им самим песен и духовных гимнов.  Комитас сделал для армянской культуры то же, что Мовсес Хоренаци для её истории и стал символом своей страны. В начале прошлого века в Константинополе композитор  работал над древнеармянской нотописью- хазами, скрывавшими подлинное звучание духовных песнопений, ключ к которым практически был утерян. Он смог расшифровать некоторые несложные хазы и готовил к изданию моготомный фундаментальный труд в целях  возрождения и дальнейшего сохранения  национальной песенной культуры.
И только  первая мировая война, охватившая Европу, массовые аресты, сопровождавшиеся конфискацией рукописей,   жестокое истребление, прежде всего,  армянской интеллигенции в Анатолии как «банды особо опасных преступников», гибель друзей и последующая резня более полутора миллиона армян на территории Турции, спровоцировавшая умопомрачение композитора, повлекли за собой пропажу около четырёх тысяч записанных Комитасом народных песен и его многотомный труд по расшифрофке хазов. После затяжной 20 -летней болезни композитор умер в 1935 г. и был похоронен в склепе парижской армянской церкви Св. Иоанна крестителя, а через год  останки великого музыканта  перевезли в Ереван.
Древнейшие песни Армении в брюсовской «Антологии» распадаются звеньями: песни духовные, исторические, бытовые и песни лирические; песни-заклинания и песни-плачи. Поэзия Армении начинается с песни. С песни начинается её история, её духовная жизнь, и потому В. Брюсов расценивает песню как народную, как «итог всей исторической жизни». Не время, а душа народа отбирала песни из прошлого наследия, поэтому для В. Брюсова уцелевшие на протяжении веков народные песни не свидетельства отдельных увлечений того или другого периода, но общее выражение народного духа.
Сегодня не всё ещё собрано и записано из армянского фольклора. В 1916 г.  В. Брюсов для «Антологии» использовал материалы научных изданий профессора К. Костаньянца и самые популярные песенники «Ергаран» и «Тагаран».
Прозвучавшая на концерте древняя духовная армянская песня «Врата рая» в великолепном исполнении А. Арутюнянц (сопрано) дала возможность благодарным слушателям не только прикоснуться к  богоборческой атмосфере, когда в начале 4 в. (301 г.) в Армении, первой в мире стране, христианство было признано государственной религией. Слушатели также смогли сердцем прочувствовать «исповедание  истинной веры, взятое из совершенного учения св. Григора Просветителя».
Знакомство даже с одной старинной армянской песней дало возможность осознать её внутреннюю самобытность, отличие от скандинавских, немецких, русских и даже восточных песен соседних народностей. В. Брюсов,  в начале 1916 г. записывавший  на ярмарках и базарах  Тифлиса армянские народные песни (фольклор), писал: «В народной песне всё, начиная с языка, своеобразно, единственно, неповторимо. Не довольно сохранить содержание мысли, образы: при всей точности перевода может отлететь что-то невыразимое, составляющее основную прелесть народной песни».
Это «что-то невыразимое» А. Арутюнянц бережно сохранила в своей вокальной  интерпретации, так как  исполнила  песню на древнеармянском языке – «грабар», известном с 4-го столетия, Он имеет  большое сходство с древними индоевропейским языками: санскритом, латинским, древнеславянским, древнегерманским и др.. С 16 в. возникает и развивается язык, называемый «ашхарабар» (новоармянский). Грабаром продолжают пользоваться в качестве культового языка –  он язык церкви, науки и старинных армянских духовных песен – «шираканов».
 В древних  армянских духовных песнях рифму заменял акростих – своеобразная мелодическая связанность конечных букв строф или строк. Интересно, что в греческой церковной поэзии применялся алфавитный акростих – первые строки строф строились в алфавитном порядке.  В Армении это «Души, посвятившие себя…» - каталикоса Комитаса  (7в.) и поэма Довтега Кертога (7в.), состоящая из  39 строф по числу букв алфавита армянского народа, созданного Месропом Маштоцом. В настоящее время учёные утверждают, что ему принадлежат  «Многовещательные речи», которые до последнего времени  приписывали Григору Просветителю[6].
В программе гала-концерта прозвучали  также:
-  старинная греческая песня «Александрия» в исполнении Л. Абиевой;
- русские романсы и песни военных лет в исполнении заслуженной артистки  ГАБТ О. Александровой,  лауреата м/н конкурсов Е. Шавердовой;
 - популярная «Песня о любви» из к/ф «Очарован Тобой» в исполнении ведущего  солиста ГАБТ имени  А. Навои  Н. Мухамедова.
 Завершился концерт  «Благовестом» на стихи А. Майкова в исполнении А. Арутюнянц и автора музыки концертмейстера  Л. Слоним. В целом, концерт в конференц-зале Ташкентской и Узбекистанской митрополии православной церкви прошёл на одном дыхании в атмосфере духовного единения людей.
Уровень развития духовной культуры измеряется объёмом создаваемых в обществе духовных ценностей, масштабами их распространения и глубиной освоения людьми, каждым человеком. Вот почему так важны эти  совершенно бесплатные  концерты для всех прихожан на стыке светской и духовной культуры, организуемые отделом «Сретенье» Ташкентской и Среднеазиатской Епархии, в течение 6  лет руководимом заслуженным работником культуры Узбекистана  А.Е. Слонимом.

Гуарик Багдасарова, журналист-искусствовед



[1] Отчет РКЦ Узбекистана за 2011 год
Информационная служба  NewsRu.nl
[2] «Вопрос о том, какую азбуку изобрели братья для славян – глаголицу или кириллицу – спорный. Язык перевода был болгарским наречием, по мнению большинства,  или наречием паннонских славян. К. переведены Евангелие, Апостол, Псалтырь, и богослуж. Книги; Мефодием – остальные канонические книги Ветх. И Ново. Завета. – Энциклопедический словарь Ф. Брокгауза, И. Ефрона (современная версия).  -  М.: Эксмо Форум, 2007. С.342
[3] В первое  воскресение июня (условно «по-новому» стилю)  традиционно вся литературная общественность узбекской столицы  соберётся возле памятника  великому русскому поэту и будет читать его бессмертные произведения, петь романсы на  его стихи, возложит цветы к подножию монумента, выполненного М.К. Аникушиным.
[4]Брюсов В. и М. Горький.  Поэзия Армении. – Московский армянский комитет, 1916. Переиздание – Ереван: Айастан, 1973.
[5] Маленький бродячий певец. - //Апага, №2 (13), 2010. С.22-23
[6]Тер-Давтян К. и Аревшатян С.  Вст. ст. к книге: Агатангелос.  История Армении. – Ереван: Издательство «Наири», 2004. С.16

пятница, 18 мая 2012 г.

«Почти напоследок…»



Живому  классику  Евгению Евтушенко – 79 лет
«Побойтесь жизнь спрямлять,
не понимая,
Что иногда в истории прямая
Меж точками двумя –
 длиннейший путь».

***
«Я ваш общий портрет,
 где так много дописывать надо…»
Е. Евтушенко. Мои университеты.


Классик русской советской поэзии Евг. Евтушенко родился 16 июля 1933 г.  в Сибири на станции Зима Иркутской области недалеко от Нижнеудинска. Родители были геологи, Александр Рудольфович Гангнус и Зинаида Ермолаевна Евтушенко. Отец писал стихи, мать стала потом актрисой. С отцом Жени она развелась, но он всегда помогал сыну.
Школу в Марьиной роще Женя не закончил. Его исключили за поджог, думая, что двоечник Евтушенко «имел основания». Но поджег другой ученик, а свалили все на Женю. Такое было время. Потом пионер Женя на сборе, где все клялись, что вынесут пытки не хуже молодогвардейцев, честно сказал, что за себя не ручается.
Об этой встрече с писателем А.А. Фадеевым, автором «Молодой гвардии» он честно рассказывает  в своей далеко не последней  «новой книге» «Почти напоследок»[1]. Получился скандал, в котором только единственный голос самого Фадеева вступился за будущего поэта, отметив в нём смелость высказать сомнения в себе: ведь трус тот, кто их прячет.!

В Литературный институт Евтушенко был принят без аттестата зрелости, где проучился с 1952-го по 1957 год. Впоследствии стыдился всю жизнь за свой  первый стихотворный сборник «Разведчики грядущего» и хвалебные стихи в адрес Сталина. Его приняли в Союз «совписов». Но из  Литинститута выгнали за поддержку романа Дудинцева «Не хлебом единым», так что диплом в качестве запоздалого подарка он получил, уже, будучи,  на пенсии, в новые постсоветские времена.

Поэт рос, нравственно созревал, опережая своё время и выражая  свои взгляды в стихах и поэмах: каждое произведение было новой вехой на его жизненном и творческом пути.
 «Как Катюшу Маслову, Россию, разведя красивое вранье, лживые историки растлили, господа Нехлюдовы ее. Но не отвернула лик Фортуна, мы под сенью Пушкина росли. Слава Богу, есть литература — лучшая история Руси» - так он  ответственно относился не только к отечественной истории, но и к своему литературному творчеству - как поэт и гражданин.
Но вот грянула оттепель, и Евгений читает свои стихи в московском Политехническом музее вместе с Андреем Вознесенским, Робертом Рождественским, первой своей женой, прекрасной Беллой Ахмадулиной, Булатом Окуджавой, который еще и поет. Эпизод в кинофильме  «Застава Ильича» увековечил момент, когда Евтушенко читает свои стихи в Политехе.
По мнению Новодворской, Евгений Евтушенко считался «поэтом на договоре» и вроде бы договор соблюдал: не был антисоветчиком, уважал Буденного, героев войны, Че Гевару и Фиделя, выступал против вьетнамской войны, мягко критиковал Америку, братаясь с ее студентами и поэтами. Он не выступал против Ленина (только против Сталина), не был штатным диссидентом, верил в социализм, не требовал ни роспуска СССР, ни пересмотра роли и значения (и даже сущности) Победы 1945 года, как Гроссман и Владимов. И всё —  искренне.
Вот как комментирует этот отрезок жизненного пути  автор  юбилейного очерка «Поэт на договоре» В. Новодворская: «Просто, видя несправедливость и жестокость, кидался в бой (Чехословакия, 1968-й; процесс Даниэля и Синявского; расправа над Бродским; участь Солженицына). Но он не перешел роковой, пограничной черты, как Галич, Владимов, Бродский. В стихах переходил, но стихи не поняли. Не умели читать между строк. Или боялись прочесть? Когда нет политических заявлений, выхода из рядов СП (совписов), обращений к Конгрессу США — можно пропустить мимо ушей. Пожурить. Преследовать, делать окончательным врагом, выгонять, сажать столь известного поэта с такой коммуникабельностью — себе дороже. Это понял даже Андропов. Из-за Евтушенко Папа Римский + все литераторы и художники Запада организовали бы против СССР крестовый поход».
Проанализировав весь жизненный и творческий путь Е. Евтушенко, автор очерка о нём Новодворская подсчитала одиннадцать подвигов - живого классика. Евтушенко не хватило одного дополнительного подвига, чтобы  обеспечить себе, как его  античный предок Геракл, бессмертие, благодаря своим победам и поступкам в жизни, полной трудов, самоотречения и добродетели. Эти подвиги совершались на фоне бурной личной жизни влюбчивого и чистого во взаимоотношениях с женщинами поэта-максималиста.
Брака с первой женой, известной поэтессой Беллой Ахмадулиной, хватило на три года, с 1957-го по 1960-й. В 1961 году Евтушенко женился на Галине Сокол-Лукониной, радикалке из семьи «врага народа». У них родился сын Петр.
В 1968 году после вторжения в Чехословакию Евтушенко кинулся посылать телеграммы протеста Брежневу прямо из Коктебеля — это был первый подвиг. Евтушенко ждал ареста. Они с его второй женой Галиной Сокол-Лукониной жгли в котельной самиздат.
В 1978 году Евтушенко женился на своей поклоннице Джен Батлер, но они вскоре расстались. Еще два сына: Александр и Антон. И уже в 1986 году поэт встретил Машу Новикову, тогда студентку медучилища. Они вместе до сих пор, Маша преподает русский язык и литературу. У них двое сыновей, Евгений и Дмитрий.
Второй подвиг поэт совершил,  когда взяли А. Солженицына. Сначала Евтушенко позвонил Андропову (и его соединили!), оторвал от заседания Политбюро и обещал, если Солженицыну дадут срок, повесится у дверей Лубянки. Андропов радушно пригласил это сделать, сославшись на крепость лубянских лип. Но задумался. Во второй раз поэт обещал защищать Солженицына на баррикадах. Андропов предложил проспаться, но он был умен и понимал, что посадить Солженицына — большая головная боль и конфронтация с Западом. И выходку Евтушенко он использовал, чтобы убедить Политбюро выслать писателя, а не сажать его в тюрьму.
Третий подвиг— «Бабий Яр» (1961). Это был прорыв плотины молчания. Четвертый — «Братская ГЭС». Уже идет 1965 год,  культ личности свергнут, десталинизация кончилась, а он опять про лагеря! И про гетто (глава про диспетчера света Изю Крамера). Это настоящие стихи, без скидок, о том, как замучили Риву, возлюбленную Изи.
Пятый подвиг — то самое стихотворение «Танки идут по Праге». Негодование и шок сторонника социализма были сильнее.
Шестой и седьмой подвиги — это поэма «Казанский университет» и стихотворение «Монолог голубого песца на аляскинской звероферме». «Университет» — это 1970-й. «Песец» — тоже начало 70-х.
Восьмой из них, когда  Евтушенко  в 1993 году отказался  брать орден «Дружбы народов» в знак протеста против войны в Чечне (а некоторые либералы и премиями не побрезговали). Девятый — его фильм по его же сценарию «Смерть Сталина» (1990). Ненавидеть он умеет, этот эпикуреец. И страдать — тоже. Ведь история песца — его история:
 «Я голубой на звероферме серой. Но, цветом обреченный на убой, за непрогрызной проволочной сеткой не утешаюсь тем, что голубой. И вою я, ознобно, тонко вою, трубой косматой Страшного Суда, прося у звезд или навеки — волю, или хотя бы линьки… навсегда. И падаю я на пол, подыхаю, и все никак подохнуть не могу. Гляжу с тоской на мой родной Дахау и знаю: никуда не убегу. Однажды, тухлой рыбой пообедав, увидел я, что дверь не на крючке, и прыгнул в бездну звездного побега с бездумностью, обычной в новичке».
И вот разрядка, развязка — и для песца, и для поэта:
 «Но я устал. Меня сбивали вьюги. Я вытащить не мог завязших лап. И не было ни друга, ни подруги. Дитя неволи для свободы слаб. Кто в клетке зачат, тот по клетке плачет. И с ужасом я понял, что люблю ту клетку, где меня за сетку прячут, и звероферму — Родину мою».
Десятый подвиг — не признавал ГДР, считал, что Берлинская стена должна пасть, об этом говорил вслух, и в ГДР — тоже; Хонеккер жаловался Хрущеву, просил Евтушенко не выпускать. Его, кстати, вытаскивали из самолетов, высаживали из поездов. Пытались засадить в СССР, как в аквариум. Спас Степан Щипачев. Сказал, что бросит на стол партбилет, публично выйдет из партии, если поэт станет невыездным.
Одиннадцатый подвигэто то, что Евтушенко был в 1991 г. у Белого дома. У Евтушенко была непробиваемая защита в СССР, и КГБ был в курсе. После Чехословакии по всем лестницам его шестиэтажного дома стояли люди, пришедшие его защищать, даже от провинции были гонцы.
В 1981 году Евтушенко опубликовал в «Юности» повесть «Ардабиола». А потом лед треснул: вторично за его жизнь. И с упоением Евгений Александрович включился во все: «Мемориал», руководство новой писательской организацией «Апрель», триумфальные выборы в депутаты Съезда нардепов СССР от Харькова.
«В жизни всегда есть место подвигу» – говорит народная молва. Двенадцатым подвигом можно считать переводческую деятельность Е. Евтушенко из армянской поэзии и его посвящения  близкому ему по духу творческому народу.
Е. Евтушенко в благодарность Армении за её культуру, и в частности, музыкальное творчество Арно Бабаджаняна, написал в память о величайшем композиторе 20 века стихотворение, полное чувства земли армянской, её народа, обычаев и национальных традиций:
Армянская лоза

«Я прикрываю тайные сомненья, -
Я прикрываю тайную слезу,
Как прикрывают от зимы в Армении
Зимою виноградною лозу.

Когда землёй при жизни засыпают,
То силы тайные во мне не засыпают.
Кто любит  Землю ту, что стала Родиной,
Тот даже под землёй – непохороненный.

Пускай распалось тело, опустело:
Земля теперь – моё второе тело.
И сердцем сделался земли живой комочек,
Проросший к небу стебельками строчек.

И я не умер. Под землёй я зрею.
Не потерял я под землёй лица.
Землёю я прикрылся лишь на время,
Как вечная армянская лоза»[3].

Евгений Евтушенко сделал стране много добра, а уехал от нас только в 1991-м, когда «шестидесятники» и социалисты с человеческим лицом уже утратили свое всемирно-историческое значение и вместо них в ряды встали западники и рыночники, антисоветчики и либералы. И глухо, глухо…
Сивку не укатали крутые горки, сивка просто не въезжает в нашу ситуацию добровольного возвращения в стойло. И наш новый строй, после «казарменного социализма», называет «казарменным капитализмом». В. Новодворская желает поэту  дожить до 120 лет (он еще недавно защищал Англию от совков, когда они решили, что теракты в метро — это то, что «им надо», в смысле, «так им и надо»).
Но ещё  в 1968 году Евтушенко создал  проект насчет надписи на надгробной плите:
«Танки идут по Праге в закатной крови рассвета. Танки идут по правде, которая не газета… Что разбираться в мотивах моторизованной плетки? Чуешь, наивный Манилов, хватку Ноздрева на глотке? Чем же мне жить, как прежде, если, как будто рубанки, танки идут в надежде, что это — родные танки?»
А вот и завещание. Поэта-гражданина:
«Прежде чем я подохну, как — мне не важно — прозван,
Я обращаюсь к потомству только с единственной просьбой:
Пусть надо мной — без рыданий
Просто напишут — по правде:
«Русский писатель. Раздавлен.
Русскими танками в Праге».
Но потом вышла  у Евтушенко «новая  книга»:  «Почти напоследок»»[4]. В ней есть и начало его  пути – стихотворение «Первый день поэзии» посвящено тому «перевальному 1954 году», «когда на смену словесам затёртым слова живые встали из могил, а новые слова ходить учились, но едва-едва». Это был тот исторический момент в литературной жизни страны, когда «Поэзия рождает ожиданье поэзии – народом и страной».
Автор сборника искренне выразил и свои разочарования в поэме «Фука»,  которой он завершает свою «новую книгу» «Почти напоследок»[5]: «Но есть имена, на которые сама история налагает после их смерти свою «фуку», чтобы они перестали быть именами». В подтверждение этих слов поэт  написал следующие стихи:
«В джинсах любых далеко не уйдёшь,
Ибо забвенье истории – ложь.
Тот, кто вчерашние жертвы забудет,
Может быть, завтрашней  жертвой будет.
…Для тех, кто не думает – прошлого нет»[6].

 Книга завершается драматическим, недосказанным и одновременно оптимистичным финалом:

«Почти напоследок:
Я – сорванный глас всех безгласных,
Я – слабенький след всех бесследных,
Я – полуразвеянный пепел сожжённого кем-то романа.
В испуганных чинных передних я – всех подворотен посредник,
Исчадие нар, вошебойки, барака, толкучки, шалмана.
Почти напоследок:
Я, мяса полжизни искавший погнутою вилкой
 в столовских котлетах,
в  неполные десять ругнувшийся матом при тёте,
к  потомкам приду, словно в лермонтовских эполетах,
в  следах от ладоней чужих
 с милицейским учтивым «Пройдёмте!»
Почти напоследок:
Я – всем временам однолеток,
земляк всем землянам и даже галактианам.
я, словно индеец в Колумбовых ржавых браслетах,
«Фуку!» прохриплю перед смертью
                                                              поддельно бессмертным тиранам.
Почти напоследок:
Поэт, как монета петровская, сделался редок.
Он даже пугает соседей по шару земному, соседок.
Но договорюсь я с потомками – так или эдак –
почти откровенно.
                                   Почти умирая.
                                                       Почти напоследок.


2012



[1] Указ.  соч. – М.: Молодая гвардия. 1985. С. 152
[2] Web-site от 14 апреля 2012
[3] ЛГ,  №24, 6 04 1983

[4] Наз. Пр.  – М.: Молодая гвардия, 1985.
[5] Наз. Пр.  – М.: Молодая гвардия, 1985. С. 146-147
[6] Е. Евтушенко. Фуку (поэма) – Почти напоследок. – М.: Молодая гвардия, 1985. С.189-190

суббота, 12 мая 2012 г.


Фестиваль «ТАШКЕНТ-JAZZ-2011»[1] и его счастливое продолжение

                     Столичные любители импровизационной музыки давно ожидали этого знаменательного события – очередного джаз-фестиваля «ТАШКЕНТ-JAZZ-2011», который состоялся 23 05 11 в Центральном Доме офицеров. В этот раз он был посвящён памяти Сергея Гилёва (1944-2001). С этим незаурядным человеком было связано не только проведение первого Ташкентского фестиваля джазовой музыки в 1968 году, но и создание в узбекской столице джаз-клуба, которым он бессменно руководил более тридцати лет. После ухода С. Гилёва в 2001 году его именем был назван Ташкентский джаз-клуб, которым последние десять лет успешно руководит Владимир Сафаров.
                 Старейший джазмен, руководитель легендарного ансамбля «Братья Сафаровы и друзья», а также президент Ташкентского джаз-клуба Владимир Сафаров сделал всё возможное, чтобы вечер памяти выдающегося музыканта, просветителя, педагога и организатора джазовой жизни в Узбекистане вылился в настоящий феерический праздник.
          Двери столичного Центрального дома офицеров были открыты для всех поклонников джаза, как в былые добрые времена. В программе фестиваля участвовали как седые ветераны старейшего джазового коллектива Узбекистана «Братья Сафаровы и друзья», основавших свой ансамбль в 1954 году – Геннадий (труба, саксофон, аккордеон), Владимир (фортепиано, труба, аккордеон), Вячеслав (барабаны, банджо), так и их совсем молодые сподвижники – двадцатидвухлетний лауреат международного конкурса гитаристов «Гитар джемс» (Израиль, 2009) Андрей Галаян и другие джаз-музыканты и выразительные яркие вокалисты, среди которых большинство безукоризненно аранжированных песен представляла женская половина большого музыкального семейства Сафаровых. Четыре дочери братьев Сафаровых составили бэк-вокал ансамбля. Кстати, блистательно, артистично и легко вёл программу фестиваля сын Владимира Ашотовича – Сурен Сафаров.
                   Ансамбль за более чем полувековую деятельность сменил несколько составов и завоевал множество концертных площадок на всей территории СНГ и дальнего зарубежья. Так и в этот раз на высочайшем профессиональном уровне, сопутствующем Сафаровым во все времена, прозвучали искромётные зажигательные и одновременно сложные джазовые композиции: «Маршрут - 66» Бобби Троупа, «Повеселимся!» Джона Хендрикса и «Когда святые маршируют» Джеймса Блэка. Часть произведений его участники, как некогда на первом Ташкентском фестивале джазовой музыки, исполнили скэтом – слоговой вокальной импровизацией – редкостным умением не только для тех времён, но и в ХХI веке. Скет в исполнении братьев энергично раскрасил своими блестящими импровизациями Лев Бугданов (саксофон-альт).
                  Программу легендарного ансамбля украсила премьера современной авторской композиции для гитары «Настроение» Андрея Галаяна, органично соединившей звучание национальных инструментов, классические испанские мотивы и современный рок. Необычная «смешанная» манера исполнения на гитаре молодого музыканта приворожила внимание взыскательной публики. Благодарные слушатели, окончательно покорённые не только несомненным композиторским талантом, но и виртуозной техникой исполнения гитариста, то и дело «взрывали» зал бурными овациями.
                 Состав участников всех джаз-ансамблей нынешнего Ташкентского фестиваля, интернациональный, что, по словам Владимира Сафарова, внесло особую изюминку в трактовку джазовых композиций. В концерте не было слабых второстепенных номеров. Все участники внесли свою оригинальную лепту в праздничную атмосферу музыкального вечера.
               Традиционно открывал программу фестиваля Образцово-показательный оркестр Министерства обороны Республики Узбекистан под руководством заслуженного деятеля искусств Узбекистана полковника Павла Макарова. Эстафету подхватили молодые музыканты «Евразия», совсем недавно завоевавшие Гран-при на джаз-фестивале «Бишкек-весна-2011» (руководитель и лидер ансамбля саксофонист Саимурат Муратов), приверженцы джаз-рокового направления, акустик-ансамбль «Гольфстрим» под руководством Юрия Овчарова (гитара, вокал), «Рэг-тайм-трио» под руководством пианиста Геворга Севумяна, в составе аккомпаниаторов - Александра Багдасаряна (ударные инструменты), Дмитрия Колокольникова (контрабас).
                 Коллектив «Караван» (Булат Мустаев – саксофон, Улугбек Салихов – фортепиано, Рамиль Исанбаев – бас-гитара, Иван Димов – ударные, Сабина Мустаева и Тамилла - вокал) ещё раз продемонстрировал неистощимость импровизации, виртуозно исполняя блюзы – «душу джаза» - с их характерным ритмическим стилем и своеобразной эмоциональной экспрессией, используя «рифы» и «бэкграунд» - форму свободного музицирования, начисто исключающую предварительную аранжировку.
              На фестивале выступил квартет Обида Джумаева с символичным названием «Шёлковый путь». Музыканты из Бухары представили оригинальные сочинения, в которых, как затейливый орнамент на златотканых коврах, переплетались восточные мотивы и джазовые находки Глена Миллера, Дейва Брубека, Джорджа Гершвина и Дюка Эллингтона.
                    С интересной программой выступил недавно записавший первый альбом  ансамбль «Мамули», лидер которого Нодари Сирадзе (гитара, вокал) предложил зрителям свои композиции. Вокалиста ансамбля со вкусом поддерживали братья Салахитдиновы - Аскар (гитара-соло) и Анвар (гитара-ритм).
                Звукорежиссёр Александр Горбенко также представил на суд слушателей современную оригинальную джазовую композицию на гитаре, предварив своё музыкальное выступление воспоминанием о Сергее Гилёве, музыканте, обладающем яркой индивидуальностью, прекрасной техникой игры на нескольких инструментах и незаурядным даром импровизатора, вошедшем в десятку лучших контрабасистов мира и в «Энциклопедию джаза» (Владимир Фейертаг, Санкт-Петербург, 2009).
            Завершал фестиваль ансамбль «Город солнца» - редкое сочетание содружества музыкантов двух стран – Узбекистана и Казахстана: саксофонист и ударник – из Ташкента, пианист и басист – из Шымкента. Руководитель ансамбля пианист Дмитрий Андронов и басист Бахыт Мемеков передали из дружественной страны самые наилучшие пожелания любителям имровизационной музыки столицы Узбекистана.
                     Вдова Сергея Гилёва Нина Семизвонкина, осуществившая издание его рукописи «Беседы о джазе» при финансовой поддержке доктора, создателя медицинского центра «АНиК» Алексея Назарова, господина Джорджа Колбреннера (США), руководителя программы по культуре и искусству Швейцарского бюро по сотрудничеству в Узбекистане Барно Тургуновой, родственников, друзей и соратников автора, презентовала всех участников фестиваля раритетной книгой. Председатель Армянского ташкентского национального культурного центра С.Г. Андриасов вручил ценные подарки старейшему ветерану ансамбля «Братья Сафаровы и друзья» - Геннадию Сафарову (труба, вокал) и самому молодому музыканту-дебютанту в этом легендарном джаз-ансамбле – Андрею Галаяну (гитара-соло).
                   Итоги нынешнего джазового фестиваля в Ташкенте подвёл Владимир Сафаров:
               «Джаз – детище ХХ века – остаётся поныне послом мира и дружбы. Джаз формирует не только эстетические взгляды, но и жизненные принципы. Не случайно им заболевают раз и навсегда. Для джаза нужна особая атмосфера непринуждённости, экспромта, единодушия и партнёрства, которые не делят зал на исполнителей и слушателей, но объединяет их воедино. Джаз истинный, исполняемый с душой, становится основой для объединения людей, склонных воспринимать музыку как элемент, рождающий братские, дружеские, чисто человеческие чувства. Скажу также, что мы – братья Сафаровы – не считаем себя выдающимися исполнителями джаза, но мы любим эту музыку и более полувека популяризируем её.
       Последние 10 лет работа Ташкентского джаз-клуба оживилась. Проводятся ежемесячные программы «Джаз сквозь время», встречи с гостями столицы Узбекистана, участие джазовых ансамблей нашей страны на международных джазовых фестивалях. В 2009 году открыт веб-сайт: www. jazz.uz, который в первый же год своего существования занял второе место в Интернет-фестивале национального домена uz.
              В джаз-клубе состоялись презентации трёх дисков ташкентских музыкантов: студии «Детская дорога к джазу», «jazz-qurash» и джаз-ансамбля «Братья Сафаровы и друзья».
                  Нынешний джаз-фестиваль в узбекской столице ещё раз подтвердил пророчество самого знаменитого исследователя джаза Джеймса Линкольна Коллиера: «Нет никаких сомнений, что и век спустя – и даже через век – творения Армстронга, Паркера, Рейнхардта, Эллингтона будут вызывать восторг в сердцах людей».
                                               ***
Прошло чуть меньше года с прошлого и ровно 44 года со дня первого Ташкентского  фестиваля джазовой музыки, когда  жители  и гости узбекской столицы, любители лёгкой  импровизационной музыки  были приглашены на фестиваль «ТАШКЕНТ- JAZZ- 2012», посвящённый Международному дню  джаза – 30 апреля, учреждённому Генеральной Ассамблеей ООН и ЮНЕСКО на 36 сессии в Париже в конце 2011 г.  
Музыкальный праздник  состоялся 06 05 12 в   в большом зале Государственной консерватории Узбекистана. Фестиваль был организован при участии представительства ЮНЕСКО в Узбекистане, Ташкентского джаз-клуба и Швейцарского бюро по сотрудничеству в Узбекистане.
Фестиваль был открыт  провозглашением Послания директора Юнеско г-жи Ирины Боковой по случаю Международного дня джаза. В нём говорилось: «Джаз объединяет людей, культуры и мир. В этом заключается наше послание».
Программа фестиваля объединила выдающихся мастеров-джазменов братьев Сафаровых, Геворга Севумяна, братьев Исанбаевых, Булата Мустаева, Эдуарда Мусаэляна и совсем юных восходящих звёзд «музыки безграничного творчества»  - ансамбль музыкальной школы имени Успенского «FUNNY JAZZ»,  кларнетиста Азиза Абидова (джаз-ансамбль «Братья Сафаровы и друзья», вокалистов Бобура Уразалиева (ансамбль «Ташкент»),  Верину (джаз-ансамбль «MAXIM. UZ»,  Сабину из джаз-ансамбля «Караван», а также  новые имена композиторов, которых мы раньше  знали только в педагогическом или исполнительском амплуа. Так,  например, Алина Алибекова (рояль) и Герат Исанбаев (саксофон-тенор)  из ансамбля «Ташкент» представили на суд зрителей свои энергичные и одновременно лёгкие, свежие, как весенний ветерок и  капли дождя в начале мая, джазовые композиции, вызвавшие в зале бурю овации.
 Особый восторг у публики вызвала интерпретация  в стиле «этно-джаз классического произведения Хуана Тизола  «Караван» в исполнении ансамбля братьев Сафаровых. Соло кларнета Азиза Абидова неожиданно придало европейской теме армянский акцент: «Караваны ещё в пути» (С. Капутикян») – тему возвращения «спюрка» - рассеянного по свету армянства на свою историческую родину. Эта тема вначале прозвучала прозрачным  прологом в соло кларнетиста,  и  далее музыканты её подхватили  и развили в проникновенный лейтмотив  всей  джазовой композиции.
Международный  день джаза в этом году был отмечен концертами во всём мире, от Маската до Москвы, от Еревана до Гаваны, от Парижа и Нью-Йорка до нового Орлеана. Концерт, состоявшийся в  Ташкенте, показал неисчерпаемый потенциал джаза для укрепления человеческого достоинства, уважения и мира. Всем участникам и гостям фестиваля он запомнится радостным, объединяющим их эмоциональным моментом, когда можно было проникнуться чудесными «звуками учащённо бьющегося сердца, затаённого дыхания, неожиданной улыбки» (Майлз Дэвис).
Век джаза успешно продолжается…

                   2011/12


[1] Материал опубликован на  сайте:www. jazz.uz  c   фотографиями.
18 марта 1954 года ансамбль братьев Сафаровых в Ташкенте в ДК пищевиков дал первый концерт, посвящённый дню Парижской коммуны. Этот день считается  днём рожденья ансамбля.

Багдасарова Г. Как сорок лет назад, играет джаз… //Гармония, №№5,6 (138, 139),2008. С. 6-7;
О, этот джаз! //Гармония, №№ 41, 42(174, 175), 2008.С.8
7:0 в пользу Владимира Сафарова. //Гармония, № 5 (190), 2009. С.6


четверг, 3 мая 2012 г.

Предисловие к новой книге поэзии и публицистики


    Неравнодушное сердце Гухарик  Багдасаровой

Новая книга поэзии и публицистики Гухарик Багдасаровой  «Есть лишь путь»[1] представляет собой один из ярких и пока еще редких примеров попытки синтетического подхода к явлениям жизни и искусства во всех его сферах. Стихи, открывающие книгу, позволяют оценить поэтический дар Гухарик и почувствовать, чем живет и дышит автор.

В литературно-критических статьях, художественных рецензиях, очерках, эссе Гухарик стремится не только дать интересное и насыщенное смыслами описание того или иного культурного события, но и нащупать те незримые, но очень важные нити, которые связывают это явление с его духовными корнями. И это стремление расширить рамки восприятия и во времени, и в пространстве дает нам возможность более целостного понимания современных тенденций в искусстве.  Мы живем в эпоху, когда искусство снова и снова ищет новые пути своего развития. Ищет тем более мучительно и упорно, чем явственнее человек ощущает как стремительность научно-технических перемен, так  и новые реалии, которые мы не успеваем осмыслить. Многие современные формы искусства все сильнее соблазняют нас принять игру в релятивизм как более простой и легкий выход, не требующий особых духовных затрат.

       Тем ценнее в этой обстановке центробежного разбегания смыслов позиция человека неравнодушного,  верящего в преемственность культуры и незыблемость ее великих основ, на которых пока еще держится человеческая цивилизация.  Автора сборника, который Вы держите в руках, можно с полной уверенностью назвать человеком неравнодушным, человеком, который, выражаясь языком средневекового рыцарства, с открытым забралом бросается в бой на защиту вечных ценностей. И если кто-то резонно спросит, зачем их защищать, если они и так вечные, опять же можно будет не менее резонно ответить, что эти ценности возможно, только потому и сохранились до наших дней, что их защищали такие неравнодушные и преданные им люди как  Гухарик. 

       О чем бы ни писала Гухарик Багдасарова, она всегда вкладывает в это всю себя, свои эмоции, симпатии и антипатии, свою почти детскую открытость новому и умение этим новым искренне и заразительно восторгаться. Это очень редкое свойство, особенно для журналиста. Ведь мы привыкли, что журналисты, как правило, люди достаточно циничные, и уж, во всяком случае, вполне прагматичные, знающие цену тому, о чем пишут, во всех смыслах этого слова.

Но автор книги с её оправданным названием «Есть лишь путь» видит и чувствует мир совсем по-другому.  Как человек, пишущий стихи, автор чутко улавливает и отзывается на многие веяния времени и всегда старается быть на пике современности, постигая и анализируя новые явления в искусстве.  Гухарик поражает своим неутомимым интересом, буквально, ко всем культурным событиям,  которые она старается не просто увидеть как зритель, но понять и осмыслить их в общем контексте развития искусства, с учетом современных тенденций.  Очень широк охват тем второго раздела книги – «Публицистика»: здесь и отзывы на художественные выставки, и рецензии на новые поэтические сборники, эссе и очерковые заметки  о таких замечательных наших поэтах как Александр Файнберг и Владимир Баграмов, о которых, к сожалению, мы уже вынуждены говорить в прошедшем времени...

Гухарик любит своих героев, и это всегда чувствуется по интонации ее текста, по той огромной теплоте, которую излучают ее строчки. Быть может, кто-то упрекнет ее в излишней эмоциональности и скажет, что журналисту нужно иметь более критический взгляд на все, о чем он пишет и не слишком воспарять в облака вместе с героями своих очерков.  Но мне кажется, что в данном случае упрек этот был бы неправомерен, потому что несмотря на всю свою страстность и эмоциональность, Гухарик отнюдь не теряет трезвости взгляда и критического восприятия того, о чем она пишет.  Ведь все дело в расстановке акцентов и в том, что каждый человек видит то, что есть у него внутри. И если журналист видит в людях только светлое, разве это не помогает и нам, читателям, внимательнее присмотреться к тем, кто нас окружает, и увидеть в них что-то новое?
    Одним из несомненных достоинств пятой книги Багдасаровой является то, что она возвращает нам незаслуженно забытые имена деятелей культуры. К сожалению, человеческая память – ненадежное пристанище, и мы порой, увлекаясь модными именами, склонны забывать людей, которые менее всего заслуживают забвения. Быть может, они не были гениями, но они были искренни в своей преданности творчеству, и замечательно, что Гухарик пишет о них так интересно, с теплотой и симпатией, словно возвращает нам их творчество и помогает увидеть его по-новому.

   Третий, нетрадиционный раздел книги  «Приложение»,  является по сути дела достаточно смелым экспериментом и  помогает увидеть нам портрет  автора глазами друзей, посвятивших ей свои стихи.   Знакомые нам и совсем неизвестные имена объединяет  одно: непреклонная вера в  духовное единство и умение быть открытым к обновлению. Авторы посвящений могли бы взять одним общим  эпиграфом к своим стихам знаменитую строчку Б. Окуджавы: «Возьмёмся за руки, друзья, чтоб не пропасть поодиночке

   Думаю, что вы откроете для себя немало нового и интересного, прочитав эту книгу. А главное, у вас появится удивительное ощущение преемственности, взаимосвязанности и цельности всех тех явлений жизни, искусства и его служителей, о которых с такой щедрой и благодарной любовью пишет Гухарик. Хочется пожелать ей творческих успехов и неустанного движения вперед в осмыслении нашей сложной и противоречивой современности в стихах, прозе и художественной публицистике.

 Бах Ахмедов
лауреат международного конкурса 
«Пушкин в Британии» 2007 года.
15  04 12    
   


[1] Читатели знакомы с её книгами – двухтомником избранной поэзии, прозы, публицистики «Близкое эхо» (Т., 2003/2006.); Диалогами любви в стихах и письмах «Жизнь в свете бытия» (Т., 2008.); поэтическим сборником «И я причастна» (Т., 2011)