вторник, 27 мая 2014 г.

«Письма в Армению» Баха Ахмедова


                                     
                                      «Армения! Твой древний голос — 
Как свежий ветер в летний зной: 
Как бодро он взвивает волос, 
И, как дождем омытый колос, 
Я выпрямляюсь под грозой!» 
Валерий Брюсов. К Армении.


         В минувшее воскресенье – 25 05 14 – в Доме-музее Тамары Ханум состоялся музыкально-литературный  вечер ташкентского поэта Баха Ахмедова и армянского пианиста Павла Игнаяна в рамках проекта  Живого журнала армян Узбекистана «У родного очага» (инициатор и ведущий: редактор периодического издания «Деп Апага» республиканской  армянской общины  Георгий Сааков).


         Бах Ахмедов родился в Ташкенте 22 апреля 1967 г. Он окончил физический факультет Московского Государственного Университета им. М.В. Ломоносова (1990 г.) и аспирантуру физфака МГУ (1994 г.). Кандидат физико-математических наук. Его стихи и проза публиковались в периодических изданиях и альманахах: журналы «Звезда Востока», «Гармония», «SG», «Мегаполис», альманахи «Сегодня», «АРК», (Узбекистан), журнал «Урал», «Литературная газета», газета «День литературы» (Россия), «Иерусалимский альманах» (Израиль), газета «Лондон-ИНФО», журнал «Новый стиль» (Великобритания). В октябре 2007 года Б. Ахмедов занял первое место на Международном поэтическом конкурсе «Пушкин в Британии». В сентябре 2008 года принимал участие в шестом Ташкентском Фестивале поэзии. В 2009 и в 2013 гг.  участвовал в Форуме переводчиков и издателей  стран СНГ и Балтии (Ереван). В 2010 г. в Ташкенте вышла первая книга его стихов «Молчание шара». Работал старшим научным сотрудником в Институте химии и физики полимеров Академии Наук Узбекистана. С января 2010 года работает  в Ташкентской Международной школе лаборантом (ассистентом учителя).
         Поводом для  интернационального собрания творческих талантов и их поклонников, среди которых были молодые и возрастные представители АНКЦ, заместитель главного редактора  «Звезды Востока» К.И. Панченко, поэты из ЛТО «Данко»  и «Истоки»,  послужили два знаменательных события в культурной жизни страны. В  этом году издательством «Художественная литература»  в Москве была выпущена в свет антология армянской поэзии,  сборник-билингва «Буквы на камнях», куда вошли наряду с другими переводы поэтов-узбекистанцев – Баха Ахмедова, Николая Ильина, Сабита Мадалиева, Алины Дадаевой, Вадима Муратханова, ныне проживающего в Москве.
Второй, не менее важной,  причиной   послужила публикация в первом номере этого года в республиканском литературно-художественном журнале  «Звезда Востока»  беспрецедентного философско-лирического стихотворного цикла Баха Ахмедова  «Письма в Армению».


                 «Письма в Армению» Баха Ахмедова перемежались музыкальными вставками  его самого любимого композитора прошлого столетия Микаэла Таривердиева. М. Таривердиев написал музыку  к 132 кинофильмам. На вечере  совершенно ново,  свежо, эмоционально  в исполнении П. Игнаяна прозвучали песенная мелодия  «Кто тебя выдумал, Звёздная страна?..», а также его разнообразная задушевная музыка  для  кинофильмов:  «Семнадцать мгновений весны» и   «Ирония судьбы».  После концерта я подошла поблагодарить  пианиста-виртуоза  и узнала, что Павел Игнатьевич играл не только без нот, на слух, но почти вслепую из-за плохого зрения. Он волновался немного, но окрылённый  поэзией  Баха,  на волне вдохновения, позволил себе  добавить музыкальную программу незапланированные  свои блестящие импровизации сочинений Арно  Бабаджаняна и Шарля Азнавура.
Таким образом, самый сокровенный, на мой взгляд, лирический цикл в творчестве Баха Ахмедова приобрел новое дополнительное музыкальное звучание и второе живое дыхание. Благодаря органичному  синтезу высокого  слова и возвышенной музыки,  слушатели вместе с автором «Писем в Армению» могли на крыльях воображения улететь к подножию библейской горы Арарат.
На нежных струнах  Слова и Музыки, затронувших  сердца и души всех присутствующих,  слушатели,  легко преодолев время и пространство, географическое расстояние, могли  преклониться главой на подступах  в Эчмиадзин –  христианскую святыню Армении 7 века. Они благоговейно задерживались  у входа в книгохранилище – Матенадаран, где бережно 16 веков хранится армянский алфавит «вардапетов» («учителей») Месропа Маштоца и Сака Партева, причисленных Армянской апостольской церковью  к лику святых.
Вместе с автором «Писем в Армению», не замечая времени («Счастливые, как известно, часов  не наблюдают»),  они бродили тихими ночными ереванскими улочками и не переставали бесконечно изумляться её красотам. В стихах и музыке  звучали  цветные музыкальные фонтаны и родниковые источники  прямо посреди города, где теснятся в уютных сквериках  между деревьев художественные образы в камне великих  деятелей культуры:  Комитаса,  Саят-Новы, Паруйра Севака,  Фрунзика Микиртычяна и малоизвестных литературных персонажей.  «Письма в Армению» вобрали в себя всё многоцветье  и теплоту розового туфа домов Еревана и его жителей,  и что-то ещё несказанное, что  осталось за этими мозаичными  словесными изобразительными кадрами, как это бывает в истинной поэзии, потому что для Баха Ахмедова «Поэзия – это одновременно бездна, и мост над ней».
         На вечере прозвучали отдельные фрагменты из  большого эпистолярного цикла из 18 стихов Баха Ахмедова. В дополнение к ним автор прочитал совершенно новые стихи: они должны войти во второй  сборник, который Бах готовит к изданию в ближайшее время.
У  «Писем в Армению» есть и личностный адресат. Они посвящены талантливой поэтессе, прозаику и  переводчице из Молдовы Вике Чембарцевой, которая переводила многих армянских поэтов, включая такого классика как П. Севака.  Вика Чембарцева  - одна из главных составителей антологии «Буквы на камнях», постоянный участник ежегодного Форума переводчиков и издателей стран СНГ и Балтии  в Армении, преданный поклонник и тончайший  ценитель  древнейшей армянской культуры, посвятившая ей много замечательных строк своих стихов и прозы. «Расстояние,  равное вдоху – разделённость, равная непостижимости»  - эти слова Бах взял в качестве  эпиграфа  к  своему циклу «Письма в Армению».
 Предлагаем вашему вниманию  несколько избранных стихов цикла, в котором, по признанию их автора,  любовь к  этой  благословенной стране, отмеченной поцелуем Бога, нераздельно переплелась с личностными лирическими переживаниями.
         * * *
Помнишь, как в тихом древнем храме,
где прохладные камни хранят память о каждой ладони,
я прикоснулся к тебе через тысячу лет?

Ты когда-то жила в этой стране
великого алфавита,
под сенью  Ковчега,
прикованного к Вечности.

Прошлое здесь дышит в каждом камне.
Эхом откликается время,
и столетия шуршат под ногами.

Помнишь, как я искал тебя все эти века,
чтобы обрести новую память?

В этом городе, стоящем на вере...
В этом небе, плывущем над нами
в неизбежное завтра.

* * *
                                             Посвящается Еревану.

В этом городе памятников,
где из-под земли растут руки,
готовые к рождению музыки…

Где радостные фонтаны поют
и вспыхивают ночной радугой…
Где звучит древняя таинственная речь
так обыденно-вечно…
И где каждый шаг соизмеряешь с тенью
великой горы,
даже если не видишь ее…

В этом изумительном городе,
словно невзначай,
прикасаешься к другой жизни.
И даже если она длится всего три дня,
все равно навсегда
остаешься ему благодарен
за встречу с Чудом.

А три  дня могут вместить больше,
чем все «до» и «после»,
если в них была твоя музыка.

* * *

 «Печаль моя светла» - писал поэт.
А я пишу: «Печаль моя прозрачна…»
Когда я сквозь нее смотрю на свет,
что от тебя исходит. 
Я не плачу!

Я просто улыбаюсь и смотрю…
Я лишь боюсь на вечность ошибиться.
И вновь молюсь тому календарю,
где ты мне наяву смогла присниться.

                 Прощание

«Всё в мире встречается для того,
чтобы расстаться и встретиться вновь»
Вика Чембарцева.  «Письма в сезон безветрия».

…Еще не сумерки, только их преддверие.
Медленное изменение цветовой гаммы,
почти не заметное для глаза.

Я безучастно ждал посадки на рейс,
а в висок
билось беззащитное слово…

Границы брали реванш,
и время на огромном табло
торжествовало победу.

…Но когда самолет начал выруливать
на взлетную полосу,
у меня перехватило дыхание
и ком подкатил к горлу:
впервые за эти три дня
я увидел Арарат. 

Он щедро открылся мне
во всем великолепии
своей непостижимой тайны…
Он, словно провожал меня
и дарил напоследок
бескорыстное откровение.

Как ничтожны были все часы мира
по сравнению с этой нерушимой надеждой
на сопричастность Вечности!..
И я уже знал, что снова вернусь к нему
и писал пальцем на стекле твое имя.

На его фоне,
на  фоне неба
и на фоне незримого
Присутствия.

Все остальное
было уже за пределами главной жизни
и не имело значения.

***
Как  пространство испытывает нас на прочность,
так язык испытывает нас на точность.

И любое слово - почти как бритва.
И любое слово  - уже  молитва.
И любая память – попытка выжить,
когда ты становишься к правде ближе.

Дальше все по тексту: прогулка ночью…
Город, ставший нашим, как будто строчка,
что была строптивой, с размером билась,
вдруг покорной стала, сдалась на милость…

Дальше все по тексту, но он так краток.
Оборвется скоро, и нет возврата…
Кто-то словом, может, ошибся снова.
Кто-то просто понял, что нет другого...

Ибо то, что прячется за словами,
переходит в плазму надежды, в пламя,
что от сердца к сердцу летит по свету.
………….. 
Остальное завтра расскажу я ветру…
               
Матенадаран
                 
Здесь каждая рукопись дышит,
И каждая книга – Судьба.
И шепот столетий здесь слышен,
И тихая чья-то мольба...

Бесценны надежды страницы,
что вечное Слово хранят.
Маштоца прозрение длится,
как ангела светлого взгляд.

И строки бессмертной молитвы
сомкнули  живые ряды,
готовые выйти на битву
за высшую суть красоты.

Сестрица небесного ветра,
армянская древняя речь,
какая высокая вера
сумела тебя уберечь!

И горькое бремя страданий,
и опыт вселенского зла,
и ужасы всех испытаний
ты с мужеством светлым несла.

Ты выжила и  сохранила
свою благородную стать.
И Слова Господнего сила
тебе помогает опять.
......
Столетия тихо мерцают
сквозь строчки на книгах живых.
И взглядом я вновь прикасаюсь
к святой бесконечности их...

Какой-то пронзительный трепет  -
как будто вздохнули века.
И медленно-медленно в небе
плывет золотая строка.

* * *
Армения, Армения, Армения,
Прости мне неуклюжую надежду…
Как смело ты меняешь угол зрения!
Как даришь мне таинственную нежность…

Я буду жить твоим прикосновением.
Мне каменные буквы снятся снова…
Ты даришь привкус Вечности, Армения!
И в каждом твоем слове – отблеск Слова.

Воспоминание об Эчмиадзине. 

Прикасаешься пальцами к теплым камням…
Скользишь взглядом в небесные нефы…
Высота, которую невозможно постичь...
История, которую невозможно вместить…

Как Великую Гору,
где мир начинался с нуля.

Медленно растворяешься в пространстве храма.
Исчезают стены,
исчезает время,
исчезают слова,
исчезаешь ты…

И смотришь, как в небе
летит голубь с оливковой ветвью.

И как солнечный луч вспыхивает
 на водной глади.

* * *
                                      В.Ч.

Где-то там,
на одной из ереванских улиц,
растет твоя застенчивая акация,
подаренная тобой городу.

Она помнит твои руки и улыбку.
Где-то там,
на одной из улиц моей души
растут твои удивительные стихи.

Они переплетаются корнями с акацией
и тоже устремлены к небу.

А мне ночами все снится
не то шепот  листьев,
не то воздушное прикосновение
твоих строк…

* * *
И яндекс бессилен, и индекс
уже ничего не решит.
Но что-то нечаянно выдаст
Последнюю пристань души…

И сразу -  слова во спасенье.
И сразу  - строка за строкой…
Но все превращается в тени
На фоне надежды пустой.

А где-то пространство бормочет
на звездном своем языке
о странной судьбе многоточий
в простреленной болью строке.

О том, как спасает нас имя…
Спасательный маленький круг.
О том, как остаться живыми
На фоне вселенских разлук.


         «Живой журнал» не мог обойтись без интервью ведущего программы Георгия Саакова, который он взял у главного виновника торжества – Баха Ахмедова. Было отрадно, что на все вопросы из шутливо названной  «анкеты Марселя Пруста»  (по образцу телеведущего Первого канала Российского ТВ – Вл. Познера) Бах отвечал непринуждённо,  легко и одновременно очень серьёзно, с чувством ответственности за каждое слово. Зал подхватил инициативу ведущего  интервьюера и  продолжил засыпать респондента вопросами на самые разные темы – о пристрастии  Баха к его  любимому напитку – кофе до его  уважительного отношения к лучшему в мире пятизвёздочному  коньяку, давно ставшему  национальным символом Армении. Бах признался, что любит добавить в кофе несколько капель коньяка и довольствоваться этим  божественным напитком. Из этой миролюбивой  словесной дуэли вперемешку с острыми шутками прорисовался  правдивый многогранный и монолитный образ Физика и Лирика от первого лица.
         По  признанию Баха Ахмедова, физик и лирик в нём всегда прекрасно  уживаются, дружат и  связаны между собой узами преданной вечной любви и помогают  друг другу в науке и литературном творчестве. Его любимый исторический персонаж – Будда,  художники-кумиры: Рембрандт, Ван Гог, Сарьян. Из композиторов он выделил  Баха, Малера, Моцарта,  Шопена, Таривердиева. Из литературных героев – князя Мышкина Ф.М. Достоевского.
Для Баха Армению символизируют не только гора Арарат, но и  древний армянский алфавит. Что же  касается секретов переводческого мастерства,  то Бах считает, что вначале переводчик должен прочувствовать музыку стиха  и культуру переводимого народа и уже  только потом  пытаться  применять в своей переводческой  практике  накопленные технические навыки. То или иное стихотворение  в оригинале – это тоже  своего рода «алхимия», заставляющая нас  иногда  беспричинно и необъяснимо влюбляться в него. Это таинство восприятия надо уметь  сохранить и в переводе. Бах  посетовал о том, что ему никогда не хватает времени на чтение. Ну, а  на вопрос Георгия Саакова, в какой стране и в какую эпоху Баху Ахмедову  хотелось бы  жить, он ответил стихами любимого поэта А. Кушнера:
         «Времена не выбирают.
В них живут и умирают».


В заключение вечера молодой талантливый  поэт из Чирчика Александр Евсеев рассказал о своём знакомстве  с  творчеством Баха и его значении для него и  прочитал своё трогательное посвящение ему:  «Грустный гений».  Георгий Сааков от лица всех присутствующих преподнёс всеобщему любимчику  роскошную корзину с розами, увенчанную полевыми цветами. Люди уходили с вечера с твёрдым убеждением и пожеланием: «Как здорово, что у нас есть свой поэтический летописец - своего рода, Хронотоп, осуществляющий связь времени и пространства с нашей душой. Ждём от Баха новых озарений, без которых мы порой себя чувствуем  слепыми  котятами  на краю бездны в хаосе быстротекущей  современной жизни».  


И помогут нам в этом  новые  творческие встречи с «самым лиричным на сегодняшний день физиком с чувствительной душой  поэта» - именно так   Баха Ахмедова окрестила  заместитель главного редактора  литературно-художественного журнала «Звезда Востока» К.И. Панченко.
        

Гуарик Багдасарова




























        

Гуарик Багдасарова

1 комментарий :

  1. Анонимный28 мая 2014 г., 10:02

    Вечер получился очень лирическим. Музыка и стихи создавали атмосферу лёгкости, и творческого полёта. Бах был как всегда краток в ответах, скромен, и мечтательно - грустен. Стихи были великолепны. Очень трудно было сдерживать себя, чтобы не аплодировать после прочтения каждого из них.
    Желаю Баху новых творческих озарений, и чтобы всегда в нём присутствовали " души прекрасные порывы".
    Спасибо за статью Гуарик!
    Александр Евсеев.

    ОтветитьУдалить