пятница, 3 апреля 2015 г.

ШУТОЧНЫЕ СТИХИ С ГОРЧИНКОЙ СЕРЬЁЗНОСТИ




Знаменитая улыбка на лике Будды стала нарицательной. С полуприкрытыми глазами, со взором, как бы обращенным внутрь самого себя, он словно говорит: «Остановись. Не беги. Прислушайся».  Согласно учению Будды, причины наших страданий, так же как и причины счастья, — не внешние, они внутри нас. У человека есть возможность освободиться от причин, вызывающих страдание, — невежества, ненависти, вожделения, открыв источники счастья — мудрость, внутреннюю свободу, сострадание ко всем живым существам.
         Кстати, буддизм говорит о семи «пожертвованиях», которые может делать повседневно даже самый простой и небогатый человек. Наряду с «трудом не для себя», «вниманием к окружающим людям и вещам», одно из семи пожертвований — «мягкое» лицо и теплая улыбка на губах». То немногое, что человек может сделать для людей и для Бога...  А наш современник, педагог Шалва Амонашвили, различает смех и улыбку, говоря о том, что смеемся мы, набираясь сил и энергии, получая удовольствие, «для себя», а улыбаемся, даря лучшее, что в нас есть, — для других».




Прозаику-юмористу
                                            М.Г.

Сегодня жена никуда не ушла.
И бедным Мухсином владеет тоска.
К подруге сходил бы – да совесть грызёт.
В который уж раз жену за нос ведёт…
К друзьям – есть дела поважней, чем они:
На сердце – рассказы, в кармане – статьи.
Розарий пора бы давно прополоть,
Кетмень запылился и преет навоз.
Но бедным Мухсином владеет тоска:
Сегодня жена никуда не ушла.
Ему предстоит дипломата играть
И цепи семьи на руках ощущать.
Собаке дворовой завидовать всласть,
Сбежавшей к соседке тайком погулять.
И нос свой повесив, отвесил поклон:
«Как рад я, что дома моя Хотин-жон!»

Палитра



Художнику-миниатюристу  С.К.

Если мир подлунный сам
в вещем сне явился нам,
как не верить нашим снам?
Мой сон развеялся, как снег:
«Я для тебя одна из многих.
Ты для меня один из всех».

 ***

Твоё "Прости!" - как "Алилуйя!..".
Как проповедь - без поцелуя
в ответ на страсть мою к тебе, -
С подводной лодки, что на дне.

Кто предавал - остался лгать вовеки!
Он клятву верности даёт другой навеки -
За "тёплый уголок" и жизнь в кабриолете
Готов забыть любовь на целом свете.

Что было - то растаяло, как лёд.
А впереди весенний Новый год,
В грядущем дне тысячелетья
Быть или не быть нам вместе?

На всё  Ахматова давно дала ответ:
"А те, с кем нам разлуку Бог послал, -
Прекрасно обошлись без нас - и даже
Всё к лучшему!!!." –  был прав Поэт.

  ***

Привет, палитра!
Спасибо за рецепт с пол-литра!
Польза большая - расход нулевой!
Возвращаюсь снова в рабочий строй!
Опять буду людям знанья давать,
Самозабвенно книжки читать
и напролёт вечерами мечтать:
Как бы мне не обжечься  опять!..
Много гостей званых, да мало избранных.

 ***
Художник! Тебя мне прозой не дозваться!
Приветствую тебя в своих стихах!
Полжизни и полмира с мольбертом прошагав,
На крышу гаража забрался, чтоб признаться, -
чуть дыша, - что лучшей Махи[1], чем Гуарик, нет -
ни на земле, ни там – на  небесах!

 ***
Ты притворялся, что влюблён, а зря!
Оставив, продолжал играть ревнивца,
Но мчатся дни античной колесницей,
И обжигает солнце тополя.

Я «Ласточкино гнёздышко» свила.
Лелею здесь крупицы жизни,
Когда приходит весть издалека
Или сынок гостит залётной птицей.

Я обновляю свежей краской дом,
Переставляю мебель небывало,
Чтобы начать по-новому жить в нём
И не жалеть о прошлом обветшалом.

Здесь музыка небес с земной смешалась.
Она внушила мне: любой исход – начало.
Всё призрачно: что встречи-расставанья,
Когда, как заповедь Господня,
Звучит над нами Баха «Пассакалия».

***
Я свободна. Ты свободен.
Завтра лучше, чем вчера.
Над Анхором быстроводным
Синь небес и чистота.

Я давно не одинока.
С той поры, как ты ушёл,
Гости с запада-востока
входят в мой открытый дом.

Мы беседуем о жизни.
Диалог Любви ведём
И за трапезой вечерней
Смысл бытийный познаём.

Ты же бродишь всё по свету.
Поиск истины тернист.
Есть короткие тропинки.
Есть пути длиною в жизнь.



Женские капризы
 В. Б.

«Твой парус не порви,
Не изорви канаты.
Твои координаты –
Они всегда твои»
А. Файнберг. Поэту.


Ты смотришь на меня, как мышка на крупу.
А мне с тобой тоска, а мне невмоготу.
Ты вафли к чаю преподносишь поутру.
А я их с детства на дух не переношу.

В квартире дверь обил от сквозняка
И лампочку вкрутил на этаже скрепя:
«Да  будет свет и сгинет тьма   -
Нет ничего дороже света и тепла!»

Но Музу ты  не разбудил,  дружок,
И  осчастливить женщину не смог.
И по заслугам получил опять урок:
«Вот Бог, а вот тебе – святой порог».

Так как же нам, капризным, угодить?
Куда и с кем в стихии жизни плыть?
Натянут парус. Флагман впереди.
Штормит кругом и не видать ни зги.                

Плывём в страну чудес. Наш путь опасен.
И нет Спасателя. Но риск наш не напрасен.

***

Тело не разменная монета.
В нём душа диковинкой свербит
И на все  вопросы без ответа
Плачет безутешно и хандрит.

Оттого и боязны судьбы проделки.
Снова на рожон идти ты не спеши.
До крови не страшно бить коленки.
Кровушкой не смыть позор души.

День погожий ласкою сочится.
Душу опаляет неба глубь и синь.
Мне с тобой не хочется сходиться,
Но и разбежаться нету сил.

 ***

Беда твоя любовь дала в угоду Богу.
Беда моя размыла чувства все до дна.
И сад, где пели Певчий Дрозд и Бедана,
Как Атлантида, затонул под воду.

Жизнь есть борьба с привычной суетой.
И я без лат и шлема сражусь на поле боя
За честь любить, встречать угрозы стоя
И быть готовой жертвовать собой.

Вопросов безответных накопилась тьма.
Одной - беды не развести руками.
Жизнь снова начинаю с чистого листа.
Кто был никем – те стали мне богами.

А дальше – тишина…

 ***

«Тук-тук-тук» - твоё сердечко.
«Тук-тук-тук» - моё сердечко –
В любви стучали в унисон.
И это был волшебный сон.

«Тук-тук-тук» - твоё сердечко.
«Тук-тук-тук» - моё сердечко –
Чуть столкнулись мы с бедой -
тотчас ритму дали сбой.

Сад зимний сбросил наземь
Рулады словесной шелухи.
Судьба не терпит фальши –
Плохого перевода тишины.

 ***

Затаился мой Певчий дрозд.
Не поёт о любви спозаранку.
Ничего нет дороже грёз!
Остальное – по барабану.

 ***

Твои руки теплы и нежны,
Как у грудного ребёнка.
Душа твоя чиста и жива,
Как родник в горах Ходжакента.
Мне захотелось пригубить воды,
Но я боюсь превратиться в козлёнка.

Учитель музыки
                                      В. Ц.
Мой  гость явился  не за  хлебом.
Он жаждой просвещения томим,
Простую кашу съел и не заметил,
Зато фальшивой ноты не простил…


***

По-прежнему  без "мышки" - как без рук.
И без компьютера -  весь день такая скука.
До лучших дней, друзья, когда вокруг
Архангел протрубит победу духа!
2 12 06


Крамольное

                                  «Всё уже круг друзей....»
               Ю. Левитанский.

Мой  круг друзей, увы, мельчает.
Кто книжку с  полки заберёт,
Кто стих  надменно искажает,
Потом в  эфире пафосно вещает.
Такого даже совесть не грызёт -
Чужое за своё публично выдаёт.

Святой, кто верно служит Богу,
Забыл благословить в дорогу.
Два пирожка среди весны,
Три персика в разгаре лета
Принёс он на алтарь любви –
Дары небесные поэту.

Стекло и рамки  изыскал,
Оформил все картины сходу.
Он праведным себя считал.
Служил делами только Богу
И с именем его ложился спать,
Чтоб и во сне Иисуса не предать.

Не соизмерить чувство долга
С желанием любить бездонно.
Канон небесный не примерить
К земной любви, сердечной вере.
Смиренная душа покается в грехе,
А грешная найдёт отдушину в стихе.

Кто не способен на святое действо
Ближнего любить, как самого себя,
Спасается от жизни  в фарисействе,
Бежит трусливо от душевного огня.
Не ведает, где двое во имя Христа –
Там  царствует любовь и духа чистота.

Бесплодны ныне вековые  споры –
Где грех иль блуд, что можно и нельзя?
Христовый брат, я признаюсь с позором:
Жить в  Божьем  царстве не моя стезя.
Страдая и стремясь к высотам  Духа,
Найду в земном раю товарища  по духу.

Всё уже круг проверенных друзей  –
Всё шире круг потерь, бездарных дней.
До встречи там, на небесах, аскет!
Распался круг. Прощайте! Круга нет.
Есть отстранённое движение планет
В наш говорливый разобщённый век.
  22. 11. 08

Приспособленец
(трёхчастный сонет)                           Ф. А.
                Самые страшные на земле существа – оборотни.

Нет, ты не воин, не орёл и вовсе не Орфей!
Ты с песней в дом вошёл, как на постой.
Иуду Искариота пригрела на груди своей.
Ты Окуджаву пел, а в жизни был злодей.

С таким, как ты, в разведку не идут.
Они за пазухой удавку припасут.
Любимых публичной казни предадут.
За медный грош отца родного продадут.

На склоне лет посетуют на жизнь в тиши
На тризне собственной объеденной души.
Урок сей притчи жизненной таков.

Высоцкий завещал, как иудей – талмуд:
«Мы на роли предателей, трусов, иуд
В детских играх своих назначали врагов».

          ***
 «Благословляю вас на все четыре стороны…»
                                                                           М. Цветаева.

Почти полгода пахали, сеяли и  пожинали,
Не по учебнику учились в согласье жить.
И то, что в прошлом никогда нам не хватало,
С избытком удавалось  по-новому вкусить.

За чашкой чая жаждали на кухне посидеть
И ощутить тепло ладоней  друг друга рядом.
В глубинку грустных глаз доверчиво глядеть
Неторопливым, любящим и  нежным взглядом.

Как были счастливы на горных тропах ощущать
Плечо надёжное, гитары тонкий трепетный напев!
Как многое  ещё родной  душе  хотелось поверять!

Но песня вдруг оборвалась и  в небе не звенит.
В проросшей тишине свет истины сквозит.
Воистину: «Не принимайте даров данайцев!»

 ***
                            Когда люди уходят – отпускай их.
                            Судьба исключает лишних.
                            Это не значит, что они плохие.
                            Это значит, что их роль
                             в твоей жизни уже сыграна.

Себя другим  дарила щедро в людской глуши.
Тебе глоток тепла от сердца вручила, милый.
Но ты в пожизненном  плену у ледяного мира
Не оценил протянутой руки распахнутой души.

Легко переметнул в бездушный стан врагов слепых.
Ты оправдал  их клевету, и заговор, и низкий оговор.
В моих глазах отныне ты не  презренный  плут и вор.
Всего лишь безъязыкий трус в стране глухонемых.

Любить – не значит словеса ваять из книжной пыли
И танцевать по праздникам кадриль, лыжи намылив.
Любить – не только потреблять, но и платить по счёту.

Жить на пределе бытия – свободно, полно и без дури.
Важно истину познать в борьбе с  житейской бурей.
Любовь не блажь, а поединок роковой – не по расчёту.

***
А между тем все дни летят гуськом.
Беду лихую сменяет радость чередом.
Дел важных и  простых невпроворот.
Нам недосуг постичь секунд круговорот. 
До скорой встречи в интернете, мои друзья!
Ведь место встречи заменить пока нельзя!

Гуарик Багдасарова





[1] Маха - живописный образ испанского художника 19 в Гойи: "Одетая Маха", "Раздетая Маха".

Комментариев нет :

Отправить комментарий