среда, 30 марта 2016 г.

Дочь народов. К 110 –летию Тамары Ханум (1906-1991)


              Мне посчастливилось однажды  29 марта  1986 года побывать в гостях у народной артистки СССР Тамары Ханум вместе со своим двоюродным дядей, историком, автором книги "Армяне в Средней Азии" Аркадием Агалуновичем Григорьянцем и поздравить её тогда с 80-летним днём рождения и преподнести всенародной любимице огромный букет бело-розовых гладиолусов. Впоследствии мне ещё не раз приходилось встречаться с Тамарой Ханум на тематических вечерах и собраниях Армянского культурного центра в Ташкенте, для которого, я знаю, она много сделала, а также на отдельных республиканских художественных выставках, где часто экспонировались работы её дочери. Всюду, где бы ни была наша узбекская Примадонна, она вносила своим присутствием в окружающую атмосферу творческий импульс артистизма и неувядающей женственности. Люди уходят, а душевное тепло даже от одной встречи с ними остаётся в памяти на всю жизнь. Об этом мой очерк
Дом, в котором жила Тамара Артёмовна Петросян, ещё при её жизни во многом напоминал музей. Более двух тысяч его экспонатов поныне позволяют проследить творческий путь народной артистки СССР, лауреата Государственных премий, председателя Совета ветеранов Театрального общества, первой женщины-артистки  СоветскогоУзбекистана Тамары Ханум, связавшей свою жизнь с руслом мировой истории, судьбами не одного, а многих  народов нашей планеты.
Давно я мечтала побывать в этом легендарном доме-музее в центре узбекской столицы. И вот, наконец, заветный порог. Хозяйка - статная женщина в длинном розовом платье из дорогой парчи - тепло улыбается и приглашает в дом. Старые фотографии родственников и друзей, натюрморты ее дочери художницы Ванцетты помогают полнее ощутить взволнованность рассказа хозяйки дома. То и дело приходила мысль о том, что время не властно над этой женщиной, особенно когда Тамара Ханум вспомнила детство. Я тотчас увидела босоногую девчушку, бегущую по пыльной дороге махалли посёлка Горчаково под Маргиланом в Ферганской долине вслед за цыганским табором или бродячими актерами, чтобы дослушать последний аккорд нехитрой мелодии дойры. И нетрудно было представить, как, уходя из дома за околицу, она пела и плясала вместе со сверстницами, подражая тем, чьи песни и танцы так нравились ей.
- Первая любовь - это сцена, - рассказывала Тамара Ханум, - первые волнения - это тоже сцена.
Сейчас уже трудно сказать, когда началась эта любовь. Наверное, в семье, где вместе с Тамарой было десять сестер и братьев и все любили музыку. Но такие привязанности редко рождаются сами по себе. Всё шло от главы семьи - человека артистической души Артёма Сергеевича Петросяна. Токарь по металлу, мастер своего дела, отец Тамары Ханум был сослан в Среднюю Азию за участие в революционных событиях 1905 года в Баку и позднее, борясь против басмаческих банд, он погиб в 1921 году в Маргилане.
Дом  для многодетной семьи Артём Сергеевич построил сам своими руками, а во дворе на радость всем  входящим привил карагачу розы. Каждую весну и лето дерево благоухало цветочным ароматом и от лёгкого дуновения  ветерка роняло на землю нежные лепестки роз. Весь кишлак ходил любоваться на это рукотворное чудо. А вечерами после работы он брал в руки тар и наигрывал народные армянские и азербайджанские мелодии. Одиннадцатилетняя Тамара тихо подпевала отцу, не зная даже названий этих песен и не подозревая тогда, что в будущем она их будет петь всему миру.
Детство с его пристрастиями  и привязанностями никогда не кончается, оно органично переходит в юность, а затем и в зрелость. Точно так же люди, с детства вошедшие в наше сознание, продолжают в нас жить и помогать созидать нечто большее, чем мы бы смогли сделать в одиночку, без них. Таких людей было много в жизни Тамары Ханум: А.В. Луначарский, С. Есенин, В. Маяковский, Г. Уланова, А. Хачатурян, Д. Шостакович и многие другие деятели мирового искусства. Сотрудники музея бережно хранят платок с "Голубем мира", старательно вышитым собственноручно Тамарой Ханум по эскизу Пабло Пикассо. Свою судьбу Тамара Артёмовна считает счастливой. “Первой восточной ласточкой” назвал Тамару А.В. Луначарский после ее памятного выступления в 1924 году в Университете народов Востока в Москве. “В те годы мало было быть артисткой, - вспоминала Тамара Артёмовна. - Жизнь требовала стойкости, мужества”. Её боевые подруги  по ансамблю Тупахон и Нурхон расплатились жизнью за своё призвание. Но историю нельзя повернуть вспять.
Тамара Ханум, единственная женщина в созданном М. Кари-Якубовым этнографическом ансамбле, едет в составе агитпоезда под руководством Хамзы на осажденную басмачами станцию Горчаково и в перерывах между боями выступает перед красноармейцами. Агитпоезд побывал во многих городах и селах Узбекистана, агитируя за выборы в Советы, за новую жизнь, за раскрепощение женщины. И на каждой встрече звенел голос “первой восточной ласточки”. Она облетела полмира, неся на крыльях прообраз весны человечества, залог мира и всеобщей любви.
В предвоенные годы Тамаре Ханум рукоплескали строители Большого Ферганского канала. В годы войны ее песни звучали на Кавказе и Дальнем Востоке, в освобожденном Киеве и дальше на Западе - под небом Бадена и Вены. В тылу и на передовой звенели струны чанга и рубаба, рокотала дойра, и голос, и танец Тамары Ханум становились праздником для бойцов, приближая день Победы. Фронтовые газеты много писали о бригаде Узбекской филармонии, давшей больше тысячи концертов. Тамара Ханум бережно хранила дорогие реликвии – письма с фронта, благодарственные телеграммы, газетные статьи тех огненных лет.
В 1943 году свою Государственную премию Тамара Ханум передала в Фонд обороны страны. На эти средства был построен танк, гвардейский экипаж которого - бойцы из Узбекистана - геройски громил врага.
В послевоенные годы замечательная артистка напряженно работала над расширением репертуара, который вместил в себя песни и танцы народов более двадцати стран мира. В танце и песне каждого народа Тамара Ханум стремилась передать его своеобразие и национальные черты с помощью костюма, точности пластического языка и, конечно, таланта внутреннего перевоплощения. Тамара Ханум своим искусством создала подлинную живую энциклопедию народного танцевального творчества – от испанского до китайского, от узбекского, армянского до индийского и кубинского. Запечатлённые на видеоплёнке, её выступления не перестают удивлять нас и сегодня в 21 веке: как эта артистка могла постичь все характерные нюансы движения, выразительные пластические особенности национальных танцев. Кажется, для одного человека это непостижимо… Ей были близки и понятны речь и пластика, а значит, и душа русских и армян, таджиков и узбеков, народов, разделённых сотнями и тысячами километров, но объединённых общими незыблемыми духовными ориентирами.
Искусство Тамары Ханум отличается громадной жизнеутверждающей силой, которая неизменно вдохновляет людей на прекрасные поступки, на смелые дерзания в самых различных областях творческой деятельности. В результате постоянной связи с народом, Тамара Ханум стала обладательницей интереснейшего собрания писем, в которых зрители – люди самых разнообразных профессий – рассказывали ей о глубоком впечатлении, произведённом на них песнями и танцами артистки, о своей жизни, о своих мечтах. По этим письмам можно изучать страницу за страницей книгу великой дружбы между художником и простыми людьми, которых взволновало и обрадовало истинно народное искусство. Тамара Ханум показала нам одно из писем.
“Мы очень любим искусство, - писали народной артистке московские школьницы, - и хотим изучать его. Но, к сожалению, мы не знаем, с чего начать. Особенно нас интересуют музыка, опера и история театра. Мы хотим посоветоваться с Вами”. Большой педагогический опыт помог Тамаре Ханум увидеть в этих наивных строчках признаки подлинной любви к искусству. И девочки получили от народной артистки сердечное и подробное письмо-ответ на волнующие их вопросы. Наша собеседница вспоминала о встречах со знаменитыми людьми - политическими деятелями, мастерами пера и музыки, живописи и сцены.
Тамара Артемовна рассказывала с увлечением, и я про себя отмечала, как часто в ее речи проскальзывают армянские, узбекские и азербайджанские слова, пословицы. Вот что значит всю жизнь петь на разных языках! Артистка свободно читала наизусть стихи классиков, потом спросила, не хотим ли мы послушать строки, написанные ею самой. В них были слова о “кладовой сердца”, которая до конца дней должна быть полна, чтобы любой мог взять из неё все, что ему понравится. Это были превосходные стихи. В них - бесконечная щедрость души замечательной артистки, сумевшей так много лет дарить людям песню и танец, а вместе с ними - радость, счастье и надежду:

Спасибо, новый день, за солнце!
За осень с золотой листвой.
И всё, что в сердце затаила,
Я отдаю тебе с лихвой.
Спасибо солнцу всех народов,
Что песням моим дали жизнь.
И от того день ото дня
Становится всё легче жить!
Спасибо, новый день, за солнце,
За осень, полную даров,
За хризантемы и за розы,
За георгины всех цветов.
1974
                                                         
 Душа человека подобна солнечной кладовой. Солнце, совершив восемьдесят годовых оборотов в жизни прекрасного человека, готово было светить, не иссякая, ещё много-много лет. На улице звенела многоголосо весна. Казалось, навсегда замер немеркнущий полдень. Любимое время года Тамары Ханум.

Гуарик Багдасарова    



Комментариев нет :

Отправить комментарий